Книга Обреченные осколки, страница 143 – Лео Сухов

— Ты ори поменьше! У нас тут дети отдыхают! — напомнила Растрёпа, указав в подсобку за баром.

Детьми были Вера и Филимонов. Оба одинаково возмущались тем, что их записали в дети, но оба были накормлены и отправлены спать: «Потому что детям спать надо по десять часов в день. А не играть с порождениями и портить себе здоровье». После этих слов Растрёпы даже Игорь решил, что неплохо бы поесть и поспать свои «детские» десять часов.

— К нам из Распупырки люди уже день пытаются пробиться… — буркнул Бизон Игорю. — Засели в рудных сараях, в километре отсюда.

— Откуда ты знаешь? — удивился тот.

— Что знаю? Что засели? Что пытаются пробиться? Что из Распупырки? — уточнил Бизон.

— Да всё вместе! — Игорь усмехнулся. — У вас рации какие-то есть?

— Нет… Телефоны эти были, новомодные, но отрубились, как туман пришёл, — ответил Бизон. — Там Муся народ ведёт… Мы с ним начинали, когда эти ваши телефоны были больше наших стационарных из-за батарейки. Так что мы просто семафорной азбукой пользуемся. А вместо флажков — фонари. Видал когда-нибудь? Там всё просто!

На этих словах местный авторитет изъял у Игоря кружку с пенным напитком, взяв её в одну руку, а свою — в другую. И принялся показывать ими семафорную азбуку.

— Прольёшь же! — возмутилась Растрёпа.

На что Бизон поднял правую руку вверх, а левую опустил вниз и вправо. Затем развёл руки, вскинув их над головой в стороны, а потом правую руку вытянул вертикально вверх, а левую опустил вниз — будто прикрывал кружкой пах.

Сделал паузу, после чего отвёл левую руку в сторону и вверх, а правой опять прикрыл паховую область.

Снова постоял, затем левой рукой прикрыл пах, а правую опустил вниз, отведя в сторону. Тут же, с небольшим промежутком, поднял правую руку вертикально над головой, а потом правую опустил вниз и в сторону, а левую — поднял вверх и в сторону.

Вот на этой последней манипуляции пиво и плеснуло из двух кружек, обильно полив и Бизона, и пол.

Поражение в споре тот принял стоически, сохраняя серьёзное выражение лица под дружный хохот зала и жены. Только сморгнул, когда капли напитка попытались попасть в глаза.

— Вот, может, не ругался бы, и не пролилось! — отсмеявшись, заметила Растрёпа. — А Игорь и так уже понял, в чём суть.

— Понял! — заверил Игорь, тут же потребовав: — Верни, если что осталось!

— А какая была твоя, а какая — моя? — уточнил Бизон, разглядывая кружки, на что Игорь смог только плечами пожать. — Ну и ладно… Новые налью! Вот чего у нас тут на год вперёд запасено, так это вот этого вот…

Бизон отставил кружки, которыми изображал фонари, и взялся за новые, подставив их под краны. Причём, если он и не помнил, в какой руке чья кружка была, то предыдущий выбор Игоря не забыл, как настоящий профессионал.

— В общем, там народ из Распупырки, а с ними Муся! — закончил Бизон. — Возможно, с ним ещё ребята с Котельной и Тени. Это два района, они дальше располагаются.

— И ты хочешь мне что-то предложить? — догадался Игорь.

— Хочу! — довольно крякнув, подтвердил Бизон. — Мы с женой на эту бабу страшную одни не пойдём: не вытянем. Да и ты, боюсь, не вытянешь. Знаю я эту породу… Она знала, как сожрать ближнего своего, ещё до рождения! Так что по отдельности нам ничего не светит. А простых ребят я под это дело подставлять не хочу. Но если выйдешь ты, я, Трёпочка и Буар с помощниками — мы смогём!