Книга Обреченные осколки, страница 102 – Лео Сухов

И опять слишком резко. Раздражение, накатившееся во время разговора, бурлило и грозило прорвать плотину. Вот только оно было таким естественным, что его не удавалось загодя вычленить среди других чувств, бурлящих внутри. Разве что когда уже к горлу подкатывало…

— Мне кажется, или воздействие стало сильнее? — пробормотал Игорь.

— Стало… — мрачно отозвался Буар. — Нас давят.

— И что это может быть? — спросил Игорь, запуская «светлячков» в направлении, куда ушёл отряд Ветрова.

— Да что угодно… Многие чудодеи такое умеют! Правда, чтобы накрыть всю нашу ораву, нужен сильный чудодей. Ещё и такой, которому универсальных единиц не жалко… — нюхач вдруг остановился и глубоко вздохнул. — Вот зараза, опять…

Путь удалось продолжить через пару секунд, когда Буар-таки взял себя в руки. А ещё через минуту Игорь со спутниками дошёл до конца склада, где сгрудились бойцы нужного десятка.

— Открывайте! — требовательно орал командир, барабаня огромным кулачищем в дверь. — Кому сказал, дебила кусок!..

— Да пошёл ты! — отвечали из-за двери. — Не возьмёшь, урод!

— Сука, дай только добраться до тебя! Порву, тварь!.. — ревел один из бойцов, колотивший по двери рядом с командиром.

— А защитить от этого… Тоже может только чудодей? — показав глазами на буйных ребят, спросил Игорь у Буара.

— Да… Либо сам себя в узде держи, — отозвался тот. — Но мы, похоже, уже не справляемся…

Игорь подошёл к отряду и кашлянул. На него, естественно, не обратили внимания. Бойцы увлечённо пинали дверь, пытаясь выкурить засевших внутри охранников склада.

Пришлось повысить голос:

— Господа! Кто из вас Александр?

Бойцы затихли, развернулись… И продемонстрировали такую гамму раздражения, страха и ненависти, что Игорь чуть не отшатнулся.

— Тебе какое дело? — с очень нехорошим прищуром спросил командир.

Это Игорю не понравилось. Совсем не понравилось. И не потому, что командир был опасен: вряд ли бы этот бугай смог даже поцарапать рыцаря.

А потому что десятник, кажется, уже пребывал на грани срыва. И очень плохо себя контролировал.

— Ветров? — спокойно спросил Игорь, гася вспышку собственного раздражения.

— Ну и? — спросил тот, на каждом вдохе широко раздувая крылья носа.

— Держи себя в руках, Ветров! — посоветовал ему Игорь. — Пока моя дочь справляется с этим лучше…

На первой части фразы командир десятка чуть подался вперёд, а на второй — взглянул на Веру, стоявшую с непроницаемой мордашкой. После чего замер на несколько секунд, как истукан.

В течение этого времени на лице десятника последовательно сменялись эмоции. Злость, растерянность, озарение и удивление. А к концу этой смены настроений перед Игорем уже был собранный и совершенно безэмоциональный мужчина:

— Прошу извинить, вождь. Нам стоит волноваться?

— Похоже, стоит, — кивнул Игорь.

— Воздействие хитрое: работает на собственные эмоции… — добавил Буар. — Но очень сильное.

— Ясно, — кивнул командир десятка, не обращая внимания на удивленные перешёптывания бойцов. — Вам нужен Саша? Какой из двух?

— А их двое? — удивился Игорь. — А который недавно ружьё подруге дарил?

— Я дарил, — отозвался черноволосый крепыш. — Нельзя, что ли?

— Можно, — пожал плечами Игорь. — А ружьё где взял?

— Где взял… — с вызовом начал тот, но был прерван командиром:

— Саша, тупой олень, блин! На нас кто-то воздействует. Эмоции убрал! И отвечай по форме!