Книга Однажды в Марчелике 4, страница 24 – Лео Сухов

Первой заметила надвигающиеся неприятности Пелла. Дан, как обычно, спал, пользуясь удобством воздушных струй. И поэтому не видел приближающуюся станцию, куда уже вынесло ошалевших воллов…

Наверно, только это и спасло от расправы старшего и трёх младших, которые там находились. От оригинальных аборигенов пахло на несколько порядков сильнее, чем от модифицированных. Поэтому никакие повязки с навозом не могли бы обмануть животных.

— Дан, проснись! У нас проблемы! — зашептала Пелла, пытаясь трясти касадора за тяжёлое плечо.

Правда, Дан и сам уже просыпался, сладко потягиваясь. Голос Пеллы он услышал, глянул вперёд — и тут же принялся тихо ругаться себе под нос. Ещё секунда, и Дан уже вылетел на площадку, плавно затормозив. Ещё секунда, и рядом приземлилась Пелла. Старший абориген внимательно посмотрел на двух людей, появившихся из прохода. А потом бесцеремонно заявил:

— Вам нельзя здесь находиться!

Площадка остановки была круглой и имела четыре выхода. Как понял Дан, это оказалось что-то вроде пересадочной станции. Он бы сразу ушёл в тот проход, куда им было нужно, но без Унита, Дьюса и Триса не знал, в какой именно.

— Нам — можно! — уверенно ответил Дан, а затем подошёл к воллам и крепко схватил поводья.

Животные сильно нервничали. Неровен час, и затопчут своих злейших врагов без суда и следствия…

— Ни вам нельзя, ни скоту!

— Не нагнетай, дядя! — как можно дружелюбнее попросил аборигена Дан.

Старший недовольно зашипел, а младшие повторили за ним. На Дана и Пеллу навалилось давление, буквально лишающее их воли. Мысли путались, а память отказывала. Дан успел подумать, что надо бы вытащить револьвер, но совершенно не мог вспомнить, где тот находится. И в этот самый момент на площадку вынесло Унита с братьями и фургон.

Унит остановился прямо перед людьми, и телепатическое давление сразу же прекратилось. А Дан, наконец, вспомнил, где обычно висит его родной и любимый револьвер.

— Какие грубые! — заметила Пелла, тряхнув головой.

— Да, сразу по мозгам ездить — это нехорошо… — кивнул Дан, заново успокаивая животных.

— Кто вам позволил? — проговорил старший.

И, видимо, хотел сказать что-то ещё, но Дан вытащил револьвер, взвёл курок и прицелился в несговорчивого аборигена.

— Давай, попробуй! — посоветовал он.

Старший сверкнул глазами, но промолчал. Унит тем временем осмотрел проходы и указал людям на нужный. Он с братьями начал толкать туда фургон, а Дан и Пелла — тянуть за собой воллов. И всё это происходило под удивлёнными взглядами старшего и его спутников. По пути касадор вытащил из седельной сумки Ночки большую флягу, убрав её во внутренний карман куртки. А затем снял фонарь и прицепил его на пояс.

Чем ближе вся честная компания подходила к нужному коридору, тем больше удивление и растерянность во взгляде старшего сменялись гневом.

— Стойте! Вам туда нельзя! — повторил он.

В этот момент фургон наконец-то вошёл в проход. И тут же устремился вперёд, подхваченный воздушными потоками. Следом рванули Унит и его братья. А потом воллы и Пелла.

Последним к проходу подошёл Дан, стараясь не выпускать недружелюбных аборигенов из виду. И именно в этот момент сверху, из дыры в потолке, в круглый зал влетело ещё пятеро старших. Дан ощутил, как возобновилось давление на мозги — и, не теряя ни секунды, шагнул в проход.