Онлайн книга «Однажды в Марчелике 4»
|
— Но почему тогда мы не остановимся и не отдохнём? — недоумевала девушка, но ей никто больше не отвечал. Сколько таких групп сгинуло на диких просторах континента? Скольких война сорвала и бросила выживать? Наверное, никто не мог бы точно ответить… «Мы должны идти!» — каждое утро повторял старший сын семьи, заставляя всех встать и продолжить этот нелёгкий путь. И семейство шло… Шло… Дни сливались в недели, а недели — в месяцы. Уже нельзя было даже точно вспомнить, сколько занял этот, казалось бы, бесконечный путь по предгорьям… — Там пыль! — вдруг сказала Анна, указывая вперёд. — Много пыли! Её мать остановилась и устало посмотрела на горизонт. Пыль ни о чём ей не говорила. Это была просто пыль. Здесь везде была лишь пыль да жаркое солнце. Здесь воды не было — вот это плохо. А пыль уже давно никого не удивляла… Однако в этот раз пыль поднималась вверх сплошной стеной. Она буквально рвалась в небо мрачными клубами. И внутри этой пыли мелькали тёмные силуэты. — Надо прятаться! — повернувшись к сыну, который управлял телегой, женщина испуганно вцепилась ему в руку. — Надо идти! — привычно повторил тот. — Питер, там в пыли кто-то есть! — женщина указала на тёмные силуэты. И, присмотревшись повнимательнее, уставший парень вздрогнул… Беженцы заметались между равниной и горами, пытаясь найти, где бы им спрятаться. Вот только если не умеешь искать укрытия на плоской, как стол, равнине — то быстро и не найдёшь. Это касадоры могут спрятаться так, что в паре шагов пройдёшь и не заметишь. А обычные беженцы-горожане могут только испуганно метаться… Вот и эти бедолаги заметались, растрясая в повозке раненого главу семейства, отчего тот страшно стонал. А пыль была всё ближе и ближе. И теперь даже самые близорукие могли разглядеть силуэты внутри облака… Пыль накрыла маленький караван не постепенно, а как-то разом. Накрыла густой тенью, грохотом копыт и громкими криками людей… Эта пыль будто отсекала от внешнего мира всё то, что было внутри. Но это, конечно, просто так казалось. А на самом деле с этой задачей успешно справлялась паника. И только когда пыль накрыла всю семью, паниковать стало поздно… Беженцы застыли рядом с фургоном, с ужасом глядя на происходящее вокруг. А посмотреть было на что… Их были тысячи. Многие тысячи тех, про кого на побережье ходят легенды. Тысячи тех, кто всю жизнь проводит на центральных равнинах. Тысячи настоящих касадоров! Вот только почти нигде не было видно фургонов. И практически не было заметно женщин и детей. Всё то, что делает вадсомады и номады такими обманчиво мирными, куда-то подевалось. Десятки, объединённые в сотни, и сотни, объединённые в тысячи… И даже тысячи, объединённые в огромные армии… Упрямые воллы, идущие вперёд и не обращающие внимание ни на жару, ни на пыль, ни на отсутствие воды и пищи. Суровые мужчины, вооружённые винтовками и револьверами. Страшно было смотреть на бесстрастные лица этих мужчин. И страшно было видеть эту бесконечную колонну касадоров, идущих на войну. Ничто больше не скрывало от посторонних глаз того, что знает каждый, кто вырос в номаде или самфуне. Ничто больше не отвлекало от того, для чего, на самом деле, существуют эти номады и самфуны. Да и вадсомады, уж если честно, существуют для того же… |