Онлайн книга «Однажды в Марчелике 4»
|
— Вы, Дан, тоже заинтересованы в чём-то там, в Мезализе?.. — прищурившись, заметил проницательный Франц. — Ведь вы бы всё равно отправились туда… — Я бы отправился туда в любом случае, — не стал отрицать Дан. — Мне там нужен человек, которого зовут Ульрих Томази. Он нужен мне для того, чтобы вернуть украденную не у меня, но очень важную для всех вещь… Ну и просто чтобы он наконец-то сдох!.. Поэтому я буду преследовать его, если Томази вдруг сумеет уйти. — Что ж, я вас понял… — кивнул Франц. — Если до битвы вы будете с нами и поможете всё организовать, то подробности меня не волнуют. — Само собой, метены! — Дан решил не признаваться в том, что ещё вчера думал совсем иначе, собираясь увести вадсомад из города. — Тогда пойдёмте к людям, — решил мэр. — Пора действовать! И вообще, люди ждут!.. ГЛАВА 12 Окрестности Мезализы, линия соприкосновения войск, Марчелика, 20 октября 1937 года М.Х. — Да что же это такое, фортис!.. — отчаянно воскликнул десятник, когда уже третий его солдат свалился на землю с пробитой грудью. На войне, к несчастью, умирают люди, на то она и война. Как бы ни было жалко каждую отдельную жизнь, как бы ни хотелось обойтись без потерь, но смерть всегда собирает свою жатву. Так было во времена мечей и стрел, и так было во времена мушкетов и пушек. Так было — и так, к сожалению, будет. Это неизбежно, практически неотвратимо и почти неискоренимо. Во всяком случае, ни один просвещённый мыслитель на Эрфе не нашёл пока вариантов, как навеки закончить с кровопролитиями. А ещё у смерти, даже на войне, бывают разные лица. И это тоже вполне привычно и понятно. Можно получить смертельное ранение. А можно споткнуться, упасть головой вниз в окоп — и сломать шею, то есть стать жертвой обычного несчастного случая. Можно серьёзно заболеть — и это тоже приведёт к скоропостижной кончине. Ведь то, что в обычной жизни легко лечится под надзором врачей, в походных условиях становится опасным. Да и вообще, на войне можно умереть даже от старости… И всё это не вызывает у военных ни вопросов, ни возмущения. Они люди бывалые и не закрывают глаза на то, что может случиться совершенно неожиданно — и, одновременно, вполне предсказуемо. Поэтому тот факт, что вот уже третий солдат получил смертельное ранение в грудь, сам по себе не мог вызвать возмущения десятника… Возмущало бывалого командира совсем другое. А если конкретнее — то, что этот солдат никоим образом не подставлялся. Парень сидел в укрытии за мешками с песком и за досками, которые эти мешки подпирали. И всё-таки был убит, потому что светящийся снаряд, запущенный со стороны мятежников, пробил и мешки, и доски, и грудь несчастного… А вот это уже было возмутительно!.. Потому что никто здесь не знал, как защититься от страшного оружия. Вот как скрыться от пуль, сыплющихся градом, староэдемцы знали. А от светящихся снарядов укрытия не было… К сожалению, фортис Верус, которому был адресован вопрос десятника, тоже понятия не имел, что это такое делается. И уж тем более, как с этим теперь бороться. Он и сам задавался тем же вопросом. А ещё старательно пытался придумать хоть одно существенное укрытие, в котором было бы безопасно: и ему, и десятнику, и солдатам… Правда, гениальное озарение никак не приходило, а мысли Кристиана постоянно возвращались к такой близкой и возможной смерти. Ведь одно дело, когда смерть поджидает тебя за каждым углом, а совсем другое — когда она тебя за каждым углом сама находит. Тут волей-неволей приходилось о ней беспрерывно думать… |