Книга Вечные Пески. Том 7, страница 81 – Лео Сухов

В этот момент кочевники, закончив дугу, развернулись и пошли обратно. Их стрелы снова ударили по демонам. И в первую очередь досталось тем, кто только что пытался нас преследовать. Орда растерянно заметалась, не понимая, откуда ждать удара и кого атаковать.

Я вскинул копьё:

— Разворот! Готовим второй заход!

Клин, описав широкую дугу, снова выровнялся. И мы устремились к скоплению демонов чуть дальше от стен. На этот раз предстояло пройти мимо высшего, который обратил на нас внимание и, кажется, даже удивился.

Второй заход мы начали, едва клин выровнялся. Я поднял копьё, показывая направление. Песчаные люди, гухулы и Кровавые Персты сбились в кучу, тоже пытаясь перестроиться. К ним уже тянулись небольшие группы из окружения. Туда же подтянулись, ожидаемо, и качурги. А высший по-прежнему стоял, возвышаясь над всеми. Огромный и неподвижный, как чёрный монолит.

Нет, он, конечно, не просто так стоял. Он ещё и молчаливо командовал, заставляя, видимо, демонов собраться в одном месте. Впрочем, нам его решение было только на руку.

— Рысью! — скомандовал я. — Галопом!

Переханы сорвались вперёд. Копыта застучали по утоптанной земле, ветер засвистел в ушах. Я выставил копьё, целясь в грудь ближайшему Кровавому Персту. В последний миг тварь развернулась, вскидывая двупалые руки с огромными когтями, но было поздно. Копьё пробило Перста насквозь. Тело рассыпалось, а впереди меня уже ждал следующий враг. А следом ещё один, и ещё. На этом заходе я и сам копьё не уберёг. В какой-то момент не заметил гухула во взвеси чёрного песка. В результате, оставил оружие в нём: застряло в чёрной псевдоплоти.

Не беда. Я сразу же выхватил топор и нацелился на других гухулов. Юркие, быстрые, они бросались под копыта, пытаясь достать переханов, насаживаясь на копья — и бойцам приходилось бросать оружие. Мой топор запел песню и пошёл в работу: удар слева — голова одного из гухулов развалилась пополам, удар справа — второй отлетел с перерубленной шеей. Клин шёл сквозь толпу, не замедляясь, а за нами вновь оставалась дорога из чёрного песка, дёргающихся тел и разрубленных останков.

Высшего мы снова обошли, вырвавшись из толпы демонов с другой стороны. Переханы тяжело дышали, но падать без сил пока не собирались. Я оглядел строй: копья потеряли уже около трети бойцов. Значит, на третий заход нужно менять тактику.

— У кого остались копья, в первые ряды! — крикнул я, разворачивая перехана. — Разбиться на сотни и полусотни! Растянуться полукругом! Идём не клином, а серпом!

Клин рассыпался на отдельные отряды, которые разъехались в стороны, уже надвигаясь на врага, и начали выстраиваться широкой дугой. Кочевники, закончив очередную дугу неподалёку от нас, тоже развернулись и, сменив луки на мечи, присоединились к атаке.

Демоны к этому времени окончательно потеряли строй. Часть бежала к нам, часть пыталась собраться вокруг высшего, часть продолжала атаковать частокол, где дружинники, воодушевлённые нашей атакой, рубили врага с удвоенной яростью. Единая толпа распалась на отдельные группы, и каждую из них нужно было подавить.

— Вперёд! — рявкнул я, и серп перешёл в галоп. — Бей!!!

Всадники врезались в разрозненные ряды демонов. Бой рассыпался на десятки отдельных схваток. Я работал топором, не останавливаясь, и чувствовал, как накатывает усталость, но передышки себе не давал. Нельзя было останавливаться, нельзя было уставать, нельзя было проигрывать.