Книга Вечные Пески. Том 7, страница 129 – Лео Сухов

— Ладно, возвращайтесь в колонну, — я кивнул и оглянулся на подъехавших командиров.

— Что это вообще за город, куда мы спешим? — спросил Тадар, честно молчавший всю дорогу. — И зачем нам туда вот так, среди ночи, воевода?

— Называется Мерхан, — ответил я. — Его надо прикрыть от демонов. Но… Их впереди так много, что непонятно, как теперь дальше быть.

Тадара мой ответ, видимо, не до конца устроил. Но я по-прежнему не был готов оправдываться. А вот Рехт, стоявший рядом, ожидаемо, воспринял мои слова близко к сердцу. Его руки задрожали, и мужчина вцепился в поводья с такой силой, что вновь костяшки побелели:

— Вы… Вы не передумали? Вы же не бросите Мерхан? Вы обещали…

— Помолчи, — сказал я беззлобно. — Я не передумал. Но лезть ночью в бой с демонами, не зная, что впереди и сколько у нас врагов… Это чистое самоубийство.

Ситранис, Тадар, Истор, Ферт уже собирались вокруг. Смотрели на меня в свете фонарей и ждали, что я решу. А я всё ещё обкатывал идею, появившуюся в голове. А потом, наконец, решил для себя, что может-таки получиться, и объявил:

— Значит, так… Впереди куча демонов, которые не дают подобраться к городу. Однако у нас есть чёрный песок. Я поставлю купол и буду его двигать. Мы пойдём прямо через них, невидимые врагам и находясь под защитой.

Ферт нахмурился. Пожилой шептун сложил руки на груди и медленно, с расстановкой произнёс:

— Ишер, купол не двигают. Он ставится на месте и стоит. Ты же знаешь. Ты сам его первым научился ставить. Если его перемещать, он может и разлететься. А мы на него тратим все имеющиеся запасы чёрного песка. Не говоря уже о том, что будет, если он разлетится посреди толпы демонов.

— Если я делал его неподвижным, это ещё не значит, что двигать его нельзя, — возразил я.

— Этого ведь никто не пробовал!.. — Ферт возмущённо раскинул руки.

— Ну и хорошо. А я сейчас возьму и попробую, — ответил я. — Прямо здесь. В худшем случае, просто чёрный песок потеряем.

— Это безумие! — Ферт невольно повысил голос.

Видимо, шептуна и вправду мучил страх. Что ж, его можно было понять.

— Никто никогда защиту не делал подвижной! Я не хочу, чтобы вы все там поле… — ярился, никак не успокаиваясь, пожилой шептун.

— Ферт, — перебил я, глядя ему в глаза. — Ты сам сказал: никто не пробовал. А может, пробовали, но не получилось. А у меня получится. Потому что нам очень… Очень надо попасть в этот проклятый город!..

Слово «очень» я специально выделил, чтобы Ферт понял, насколько это важно. Старый шептун замолчал, опешив от моего напора. Я видел, как он сейчас борется с собой. С одной стороны, доводы рассудка, с другой — доверие мне, выросшее из десятков общих боёв.

Наконец, Ферт тяжело вздохнул:

— Делай, что хочешь. Но если не получится, я первый скажу: «Я же говорил!». И буду глумиться над твоей неудачей на каждом привале, слышишь⁈..

— Я понял. Сегодня день дурацких наказаний, — я усмехнулся краем губ и повернулся к остальным: — Пусть все бойцы встанут плотным строем. И прикажите насыпать чёрный песок по периметру.

Необычный приказ разлетелся по отряду. Всадники зашевелились, сбиваясь из колонны в плотный овал. Вряд ли это был нормальный строй, но… И так сойдёт в нашей почти безвыходной ситуации.

Несколько бойцов, подхватив мешки с чёрным песком, рассыпали его вокруг товарищей тонкой полосой. Я въехал в самый центр строя, закрыл глаза, оставаясь в седле, и прислушался.