Книга Парадокс выживания, страница 15 – Александр Вайс

* * *

Шёл седьмой день после моего пробуждения. Я сидел в лаборатории и держал руку на небольшом цилиндре, являющимся специальным накопителем маны, и тянул из него энергию.

Текущий прогресс: 64%

Процесс продвигался ужасно медленно, но я старался поддерживать оптимальный темп. Неделя оказалась крайне насыщенной: я увидел кучу необычных вещей и многое узнал. Тело болело после очередных тестов этих психопатов. Но я делал вид, будто просто читаю учебник истории. Тем временем усиленный слух ловил разговоры ассистентов, бьющих баклуши на рабочем месте и считающих, словно шум оборудования и расслабляющая музыка их скрывает.

— Почему охрана с утра такая нервная ходит? Бегают с оружием, из-за чего-то снаряжаются. Опять опасная тварь ошивается рядом?

— Нет, вроде бы Вяземский уезжает. Просто повышенная тревога на случай проблем.

— Уезжает в штаб? Думаешь, из-за этого испытуемого?

— Ну а кого же ещё? Розенблат из своей лаборатории не вылезает. Наверняка разобрался, почему он совместимый.

У меня внутри похолодело… кажется, время вышло!

Я убрал руку с устройства. Медленно вдохнул и выдохнул, стараясь не допустить значительного ускорения пульса. Посмотрим, что дала моя подготовка. Всё равно мне умирать, так хоть попытаюсь выбраться!

Требовалось убедиться, что-то чудовище уедет достаточно далеко. Потому я вернулся в комнату отдохнуть и подкрепиться. Часа через три я постучал в дверь и обратился к охраннику.

— Дамир, можешь меня отвести к профессору Розенблату? После его последнего эксперимента какая-то новая фигня появляется перед глазами.

Дверь открылась и уже привыкший ко мне охранник кивнул.

[Ранее]

Профессор Розенблат работал в своём кабинете, изучая результаты анализов и настраивая модели, которые вычислялись на мощном компьютере комплекса. Чем больше он смотрел, тем очевиднее становилась нехватка ключевых данных.

Он писал Соколову с предложением свернуть его деятельность по изучению самых примитивных артефактов и языка. Поскольку всё равно давать что-то большее подопытному пока опасались.

Однако профессору каждый раз приходил отказ. И, к сожалению, именно его коллега был старшим и решал, что именно делать испытуемому. После очередной просьбы перестать торопить события, он позвонил и как всегда прямо и эмоционально высказал свои мысли.

— Мы теряем время! Как только ядро получит кто-то из наших, ты сможешь проводить любые испытания! Я на пороге открытия! Вяземский уже улетел, а я не могу предоставить ему наилучший отчёт!

Соколов лишь шумно вздохнул.

— Мы не можем спешить, пока нет полной уверенности в возможности повторить успех. Зачем нам рисковать? Вопрос решён, ещё неделя или две ничего не изменят. А сейчас не отвлекай, у меня важный эксперимент.

— Упёртый болван… из-за таких как ты мы и не движемся! — воскликнул Розенблат, когда связь уже прервалась. Как раз в это время в его кабинет постучали, и он нажал кнопку открытия двери. На пороге появился Андрей. Он выглядел уставшим и не таким энергичным как обычно.

Розенблат смотрел на него и решил больше не ждать.

* * *

Мои мысли крутились вокруг планов, выстраивая последовательность действий. До этого момента я не знал, получится ли пробраться к механоиду. И стоит ли вообще это делать. Я не представлял, как буду его вытаскивать из подземного комплекса. Не мог предугадать его мотивы или наличие способности принудить меня к сотрудничеству через Экселус.