Книга Задолбанец, страница 32 – Юрий Ра

— Я не смогу сызнова, я помру.

— Говорил я тебе, князь, слабоват боярин супротив нас. Опыта маловато.

— Но удаль имеется! Как он вчера бился с медовухой, ни одного кубка не пропустил, плечом к плечу с нами стоял. Ведь так?

— Так. — Согласился Ратмир. — Считаешь, прошёл испытание?

— Считаю, прошёл. Не стыдись, Денис, что упал. Гордись что свалился там, где стоял, не отступил, не отшагнул в сторону. А говорить нынче мы будем без изнурения, с квасом. Небось, и не пробовал квасу нашего еще. Эй, кто-нибудь! — От княжьего клича всех троих скривило. Он взял на два тона ниже, — эй, кто-нибудь, тащите квас и заедки, будем разговоры разговаривать.

Денис смотрел на них таких свеженьких в чистой одежде и понимал, как он выглядит на их фоне. Бомж бомжом, проспавший ночь на медвежьей шкуре, не принявший душ, не сменивший костюм, да даже бельё не сменил. Помятый, воняющий. Нечёсаный… Второй раунд собеседования с такой позиции вести будет проблематично. С другой стороны, его видели в деле вчера, а что он сегодня убитый, так сами же и отравили своей медовухой. Кстати, сколько в ней градусов? И спросить не у кого, зато придётся запомнить коварство данного напитка. Денис уже в курсе, что у местных с градуированием алкоголя разброд. Четыре степени крепости напитков: слабая, нормальная, крепкая, дюже крепкая — вот и весь расклад.

— Не буду козу тянуть за хвост, задолбанец. Вчера ты сказал, что готов под моей рукой служить, если сладим, не передумал?

— Не передумал, княже.

— Добро. Каков ты в поединке, мы видели, лучшего желать не надо. А вот каков в сече, можешь ли отрядом командовать, то мне неведомо. Не обессудь, в ближнюю дружину возьму, а десяток пока не дам.

— Справедливо. — Согласился Денис, в бугуртах ему командовать не доводилось. Поле боя он видел, головой крутить в бою приучен, а вот распределять бойцов было не его задачей.

— Теперь про житьё твоё в моём княжестве. Была у меня мыслишка весь тебе дать малую. — Весь, как помнил Денис, это деревушка. И зачем ему такое счастье? А князь продолжил. — Молчишь, правильно молчишь, передумал я. Ты ж там зароешься, порядок почнешь наводить, всё на голову поставишь от желания улучшить. А даже ежели и с умом править станешь, всё одно я тебя не увижу подле себя. Так?

— Дык деревня не лошадь, вожжи отпустил — считай, в канаву заехал. — Тактично согласился самозванец.

— И я так разумею. Потому выделю тебе дом в городе да деньгу на прокорм.

— Одну?

— Ха, молодец! Не одну, мне справные вояки потребны. А тебе и обиход нужен, и челядь какая-никакая, ты вон даже безлошадный к нам попал. Короче, не бойся, монетой не обижу.

Всё-таки найм за «не обижу» получается, внутренне вздохнул Денис. А с другой стороны, чтобы нормально торговаться, нужно знать рынок. В самом общем смысле этого слова. А у него со знаниями тутошних реалий слабовато. Так что вариантов нет, надо соглашаться и подписывать договор найма или как он тут называется.

Вот только никто не спешил ничего предлагать подписать, никакой пергамент не спешил составить специально обученный дьяк. Да и самих дьяков, писцов или монахов с пальцами, перепачканным чернилами не наблюдалось.

— Так что, согласен ли ты служить мне честно и по-добру?

— Согласен, князь, чего уж там!

— Вот и сладилось! — И князь выставил вперёд правую руку кверху лопатообразной ладонью.