Книга Холод, согрей, страница 35 – Олег Фомин

Скрутил хвостом камень, гранитный арбуз полетел в мага, тому снова пришлось стать пеплом и воплотиться в другом месте.

Леарит пронзила пещеру лучом света, но маг успел исчезнуть за каменной глыбой.

Первой пустилась в погоню Жея, за ней Тиморис, в его руках уже сверкают сабли.

Следом рванул демон.

— Наложил магических куч, засранец!

— А мы тут скачем на цыпочках как феи! – добавил Тиморис.

Эгорд бросился в погоню, Леарит бежит рядом, перепрыгивают ловушки, Леарит заряжает его силой света, а он подпитывает ее ледяной магией, движутся в общем коконе энергии.

Свернули за каменную глыбу, где скрылся беглец.

Маг на другом склоне, но там тупик. Эгорд застал мага в момент, когда Тиморис швырнул вдогонку саблю, та вошла в ногу, маг вскрикнул, растянулся на склоне. Саблю из ноги выдернул, но его настиг Хафал.

— Вонючая крррыса!

Мага подняла над землей огромная клешня.

— Сожррру!

Хитиновые клещи сжимают туловище мага под мышками. Ноги беспомощно дергаются, с раненой бежит кровь.

Хафал смотрит на мага снизу вверх, жвалы раздвинуты, хвост извивается дико.

Испуг на лице пленника сменился злорадством.

— Та, кого ищите... корчится от боли!

К Хафалу подбежал Тиморис, окровавленная сабля снова в кулаке, оба стальных клюва уперлись магу между ног.

— Сейчас сам будешь корчиться, мразь!

Демон сдавил клешней сильнее. Маг стонет, бока сутаны мокнут от ручьев крови, напротив лба зависло жало.

— Говори, где она!

Маг, морщась, хрипит:

— Внизу... Глубоко... Пока доберетесь, хозяйка замучает ее до смерти!

Маг превратился в пепел, туча утекает из клешни кривой стрелой к разлому в стене. Эгорд швырнул снежный снаряд, трещина заросла льдом, но остался незакрытым краешек, его хватило, чтобы пепел утек в гранит.

Демон сплюнул.

— Темный слизняк!

Хвост стряхнул с жала на камень избыток яда, зашипело как в гнезде гадюк. Шапка кислотного дыма уплывает вверх, от камня будто откусил огр.

— Если эти твари что-то сделают с Велирой, – угрожает Тиморис, – я их всех...

— Тшш! – оборвал Эгорд.

Все замерли. Вслушиваются...

В пещере тихо.

— В чем дело? – шепнула Леарит.

— Слышите? – спросил Эгорд осторожно.

Долгая пауза.

— Ниче не слышим, – буркнул Тиморис, в мыслях, наверное, рубит похитителей дочери. – Тихо как в склепе.

— Вот именно. Насекомые замолкли.

Четверо озираются.

Копошение и стрекот прекратились, будто вся живность исчезла.

Но она здесь.

Живые создания – на камнях, стенах, сталактитах, выступах, – на всей поверхности пещеры замерли, словно оледенели. Каждая тварь смотрит на четверку. Головы ящериц повернуты на гибких шеях, насекомые уставились на людей как стрелки компасов в центр Земли. Жужжат крылья, летучие твари в воздухе тоже замерли, глазеют на пришельцев.

И вдруг...

Леарит сдавленно вскрикнула.

— Спина к спине! – скомандовал Эгорд.

Четверо сжались в кольцо, сабли Тимориса лязгнули друг о друга, выбросив искры, Хафал зарычал, клешни защелкали будто капканы, хвост пустился в свистящий танец.

Пещера озарилась красными огоньками, их больше, чем звезд в ясную ночь. Сотни тысяч бусинок мерцают, словно пещера взмокла кровавой росой.

Глаза.

— Насекомые зачарованы! – сказал Эгорд.

Его руки уже в ледяной ауре, там из магических печатей с треском вылупляются мощные заклинания.