Книга Смотритель Маяка 2, страница 43 – Сергей Шиленко, Артём Град

Боцман подошёл проверить, что он тут колдует, когда Каспар уже утрамбовывал последнюю деталь. Рыжий потянулся носом к ружью, понюхал приклад, потом сунулся к бочонку с порохом, обнюхал открытое отверстие.

— Да, малыш, — Каспар покосился на кота. — У нас тут война.

Боцман поднял на него голову и посмотрел вопросительно, обращение «малыш» ему явно не понравилось. Я же подумал, что этот 'малыш" пережил едва ли не больше сражений, чем восьмидесятилетний старик.

Каспар опустил ружьё прикладом на пол и повернулся ко мне.

— Теперь слушай. Кто-то должен поджечь порох ровно в тот момент, когда ты наведёшь ствол на цель. Я стану на галерее, ты у окна, значит, остаётся Инесс.

Он обернулся к дочери.

— Доча, пламя пойдёт назад. Держи свечу в вытянутой руке и отверни лицо. Как только порох вспыхнет, сразу убирайся. Это тебя тоже касается, — он глянул на меня. — Не наклоняйся над трубкой, здесь всё открыто, кустарщина.

Инесс молча кивнула, вытерла руки о полотенце и приготовилась взять свечу по команде.

Я побежал вниз, в подводную комнату, чтобы забрать последний кристалл. После его извлечения комната погрузилась в темноту, лишь слабо светился радар.

На экране царил хаос, только на задней части острова, вдали от штормовых атак ещё осталось немного синих точек, туда пока не добрались волны и лёд. А перед Маяком всё пространство сияло синим, давление, которое тонны замёрзшей воды оказывали на россыпь синих кристаллов, начало формировать единую породу.

Я вернулся на кухню и отдал Каспару последнюю чёрную слезу. Всегда старался называть их исключительно кристаллами, но теперь ситуация располагала к пафосу; чёрная слеза действительно могла оказаться последней нашей слезой. Старик молча кивнул, а взамен протянул мне заряженный мушкет.

— Будь осторожен! — он ткнул пальцем в брандтрубку, где должен был вспыхнуть открытый огонь, затем взял канат и принялся обвязывать кристаллы. Каспар связал их мачтовым узлом так, чтобы камни держались крепко и были видны со стороны. Я засмотрелся, старый моряк работал с верёвкой, как я когда-то с чертежами и резцами. Опыт!

Закончив, он смотал канат на локоть и перекинул через плечо. Мы пожали друг другу руки.

— Удачи, сынок.

— И тебе, капитан.

Каспар ушёл на галерею, а я поднявшись к окну четвёртого этажа, снял деревянный щит и отодвинул железные щеколды. В оконный проём потянуло таким холодом, что даже в промёрзшем Маяке казалось ощутимо теплее. Я обернулся к Инесс.

— Сейчас станет мокро и зябко.

— Это не то, о чём сейчас надо переживать, — ответила она, и я отметил про себя её мужество и решительность. Она достойная дочь своего отца.

— Владимир…

— А?

— Ветер стих. Шторм прошёл?

Я нахмурился. Она права, но эта тишина не сулила нам ничего хорошего. В тот же миг сверху раздался крик Каспара.

— Полундра!!!

Опасность! Я толкнул внешний щит. Окно распахнулось с противным скрипом и ударилось о стену, сбрасывая ледяную корку. Внизу, у самой кромки берега, туман уже заползал на камни. Дождался-таки, сука! Он осторожно ощупывал скалы, и неторопливо поднимался всё выше.

Сверху упал канат и остановился на уровне третьего этажа. Низко! Кристаллы, привязанные на конце, потускнели, ослабев.

— Выше! — заорал я, перегибаясь через подоконник. — Погасли!