Книга Смотритель Маяка 2, страница 4 – Сергей Шиленко, Артём Град

Старик сделал первый глоток, зажмурился, а потом криво усмехнулся в бороду:

— Знаешь, Валдим-ир, в моё время церковь называла его даром сатаны. Чёртов кардинал грозил карами любому, кто прикоснётся к чаше с этим напитком. Что ж, смотри, старый козёл, твои кости уже давно сгнили, а я всё ещё пью кофе!

Мы дружно рассмеялись.

— Слушай, хозяин, — Каспар отставил чашку. — Мы тут у тебя как сыр в масле. Чем ещё можем подсобить? Руки чешутся.

— Если честно, — я задумался, — работы хватает, но уже не сегодня, мы и так совершили невозможное. Сейчас мне пора заступать на смену, а вы отдыхайте. Развлечений тут немного, но вид с галереи бесплатный.

В топке не осталось ни следа от металлов. Как Маяк это делает, ума не приложу!

Я подкинул дров в топку, погрел ладони над трескучим пламенем и отправился наверх.

В фонарной было тихо и торжественно. Кристалл плавно разгорался, ожидая заката, Механизм вращал линзу идеально, без единого скрипа. На экране выскочило долгожданное:

«Целостность механизма вращения восстановлена».

Место разлома, теперь напоминающее затянувшийся на коже рубец, напомнило мне про кристаллы. Каспар и Марко отдали последнее. Мне чертовски повезло с этими людьми, но полагаться на их карманы вечно нельзя, нужно насобирать камней впрок, и желательно без риска для жизни.

Я подошёл к радару, жёлтая сетка сканировала пустоту. В этот момент люк скрипнул, и в фонарную поднялась Инесс. Она двигалась тихо, как кошка.

— Решила посмотреть на океан с высоты птичьего полёта? — спросил я, не оборачиваясь.

— Да, — она прошла к галерее и вышла наружу.

Я отправился за ней, привлечённый видом кроваво-красного заката. Солнце медленно тонуло в воде, а с другой стороны неба уже проклёвывалась бледная луна. Ветер шевелил золотистые волосы Инесс.

— Значит, Владимир, — она облокотилась на перила. — Ты всегда мечтал стать моряком, а в итоге пришлось присматривать за чужими домами?

Я рассмеялся.

— Ну, можно сказать и так. В моём мире жизнь не стала сильно легче в этом плане. А ты? Кем мечтала стать?

Инесс грустно улыбнулась.

— Я мечтала играть на клавесине, даже брала уроки у самого Иоганна Фробергера, нашего виртуоза.

— Не слышал, — признался я. — но из австрийцев знаю Моцарта. Вольфганг Амадей Моцарт, не слыхала о таком?

— Моцарт? — она нахмурилась, пробуя имя на вкус. — Нет, о таком мастере в Австрии я не слышала. Но если его имя знают в Московии через триста лет, значит, он действительно был великим.

Инесс на мгновение замерла, её глаза блеснули в лучах заката.

— Раз так, я рада за него, рада, что он прославил мою Австрию.

— Ещё как прославил! — я разглядывал последний красный луч, пронзающий тёмное кучевое облако.

Она помолчала, глядя на темнеющую воду, а потом вдруг обернулась ко мне, лицо её стало серьёзным, даже немного встревоженным.

— Владимир, пока я читала твой бортовой журнал в кабинете… Ты ведь знаешь, что там есть ошибка?

— Ошибка? Инесс, этот журнал вёлся десятилетиями, какая там может быть ошибка?

— Ты ведь знаешь, что скоро зима?

И хотя я вовсе не чувствовал приближения даже осени, но стоило признать, что ветра действительно стали холодными.

— Нет, не знал, ну и что с того? Это же просто зима. Я из Московии, где зима целы…

Она не дала мне договорить.