Книга Где демон выжигает небеса, страница 20 – Ирина Голунцова

Нет. Нет… всё это бред. Он просто боялся, что его отвергнут, высмеют его слепую преданность и обожание, упрекнут за желание стать друзьями и называться родными душами. А затем прикажут убираться, вышвырнут, как ошмёток грязи, приставший к сапогу.

— У тебя что-то болит?

— Что? – оторвавшись от сумбурных мыслей, переспросил Вэй Лу, подняв растерянный взгляд.

Асура, как и всегда, оставался невозмутим. Присев на край кровати и заставив Вэй Лу только сильнее напрячься, он уточнил:

— Выглядишь обеспокоенным. Может, позвать лекаря?

От такой заботы стало даже слегка тошно, и Вэй Лу невольно ухмыльнулся. Покачав головой, он ободряюще улыбнулся.

— Прости, что этот никчёмный заклинатель занял твою кровать.

— Не вини себя.

— Я могу подвинуться, ляжешь с другого края.

— Не стоит. Этой ночью я буду медитировать. А ты спи и набирайся сил, только не забудь снять сапоги. С этим, надеюсь, ты сам справишься.

Вэй Лу хохотнул. Что ж, порадовавшись, что Асура не стал кружить над ним заботливой матушкой, иначе бы его гордость не выдержала, он разулся. Из соседней комнаты лился тусклый, слабо рассеивающий свет фонарей. Вэй Лу решил отпустить тревожные мысли и, растянувшись на кровати, воспользовался чужим гостеприимством.

Асура уже направился в помещение, где они недавно трапезничали, но стоило ему остановиться, как звенящую тишину разбил его ровный низкий голос:

— Не заботься о том, что подумают люди. Пока их уста запечатаны, это не имеет никакого значения. Но если кто-то посмеет расстроить тебя или навредить, он сурово поплатится за это. Отдыхай, Вэй Лу. И ни о чём не беспокойся.

После таких слов Вэй Лу ещё долго не мог сомкнуть глаз и успокоить быстро колотящееся сердце.

Почему это вызывало столь отвратительные противоречивые чувства? Тошные до омерзения. И речь шла далеко не о принуждении к совместному совершенствованию. Вэй Учэнь куда сильнее травмировали и раздражали люди, косвенно или напрямую причастные ко всему процессу.

Разделить с Хао интимную близость – ладно, допустим, она не настолько нежный цветок, у которого лепестки опадут при одном виде мужских гениталий. А вот выкинуть из головы понимание, что через столь унизительный способ собрались контролировать её силы, оказалось проблематично.

Контролировать. Её. Были вообще на этом свете мужчины, которые не хотели её подчинить? Вэй Лу, наверное… да и покойный брат. Но первый в последнее время вообще забыл о её существовании, второй же в лучшем случаем с небес наблюдает да за сердце хватается.

Она, как всегда, осталась одна. Никто не поможет ей выпутаться из сложившейся ситуации. Несмотря на то что все выходы теперь перекрыты, одно окошко всегда оставалось распахнутым, но мысли о добровольном уходе к предкам на небеса были ниже её достоинства. Да и Синь Юй не позволит ей сбежать.

Синь Юй… Приставучий, словно пиявка, и громкий, как летняя цикада. Как же он раздражал её. А ещё сильнее раздражало то, что его сочувствие отзывалось чем-то болезненным в груди. О ней никто не заботился, а этот дурень предпринимал хотя бы какие-то попытки. Совсем слепой и глупый, раз увидел в ней что-то привлекательное и рискнул проникнуться симпатией.

Поначалу Вэй Учэнь полагала, что Синь Юй испытывает к ней обычную привязанность, привыкнув к её обществу, ведь вместе они провели немало времени в Бянь Сэ Лун. Его отношение немного забавляло, внося какое-то разнообразие в монотонные безрадостные дни. Но как только раскрылась её личность и тот факт, что она девушка, он моментально изменился. Стал осторожничать, нервничать. Видать, распереживался до такой степени, что из-за спутанных чувств заинтересовался ею как женщиной, то и дело заикаясь да нервничая.