Книга Где демон выжигает небеса, страница 160 – Ирина Голунцова

Выждав мгновение, в котором так и сосредоточилось всё отчаянное желание сдержать ругательства, Синь Юй строго произнёс:

— Он потратил эту возможность, чтобы спасти тебя. Сделал хотя бы что-то хорошее в своей жизни. Не дай этому пропасть зря. Лучше попробуем поглотить энергию барьера.

Вэй Учэнь не знала, как правильно реагировать. Из-за забытых воспоминаний, которые крепко связывали её с Синь Юем, она в куда большей степени ощущала связь именно с Хао, на духовном уровне чувствуя его слабость. Но разве ей стоило беспокоиться о нём? Ведь Вэй Лу сейчас в безопасности, и, если Хао погибнет, Асуре останется позаботиться только о нём. Это ведь… расчётливо. Но почему тогда становилось так паршиво на душе?

Помотав головой в попытке избавиться от навязчивых мыслей, Вэй Учэнь выставила перед собой руки и, кивнув Синь Юю, последовавшему её примеру, принялась поглощать энергию. Тьма отзывалась куда охотнее, но, как бы Вэй Учэнь ни пыталась сосредоточиться на процессе, она чувствовала боль Хао, как колебалась его духовная энергия, разрывая меридианы.

Уши заложило какофонией звуков: рёвом девятихвостой лисицы, грохотом разваливающихся построек, стрёкотом формаций, шипением и безумным смехом. В груди возрастало давление, горло защипало, и как только Вэй Учэнь почувствовала кислый привкус на языке, испугалась и прекратила затягивать энергию. Растерянно охнув, Синь Юй покачнулся и также перестал тратить силы.

— Демон! – выругался он. – И как нам отсюда выбраться?

Надо уходить. Надо уходить, чтобы выжить, чтобы наполнить смыслом то небольшое отведённое ей время. Но если она убежит, а Кухань победит, как и те, другие светлые заклинатели, подавив девятихвостую лисицу, разве это можно считать победой? Этот демон проложит к ним дорогу через трупы тёмных заклинателей, пока не доберётся до Асуры, а вместе с тем и до Вэй Лу. Возможно, на них уже кто-то напал, но Кухань пугал Вэй Учэнь куда больше самых грозных демонов.

— Вэй Учэнь, эй!

Не сумев до неё докричаться, Синь Юй взял её за руки, заставляя обратить на себя внимание. Сморгнув смятение, Вэй Учэнь заглянула ему в глаза и увидела два глубоких омута, полных страха и тревоги. Синь Юй крепко сжимал её холодные поцарапанные пальцы в своих мягких тёплых ладонях, наполняя Вэй Учэнь нежностью, которую она не чувствовала, наверное, никогда.

Взгляд метнулся в сторону, туда, где в буйстве энергии буквально сгорали змеи.

— Вэй Учэнь, попробуй выжечь барьер пламенем феникса, – предложил Синь Юй. – Оно уничтожает всё, к чему прикасается. Защитный барьер не исключение. Если мне не удастся спастись, то уйдёшь хотя бы ты.

Он хотел уберечь её. Хао хотел уберечь её. Вэй Учэнь настолько привыкла сама спасать кого-то – в частности Вэй Лу, – что никогда не полагалась на других людей. Почему её разрывало от нахлынувших эмоций? Почему эти эмоции вообще появились?

Двенадцать лет Вэй Учэнь жила по нерушимому принципу: ненужные привязанности несут за собой только проблемы. Она раз за разом упрекала Вэй Лу за чрезмерную эмпатию к людям, а в итоге сама попалась в ловушку. Теперь её трясло от одной только мысли, что с Синь Юем что-то случится, что он погибнет здесь, как и Хао. Хао, гуй его подери! Вэй Учэнь ненавидела его до ломоты костей, но только этот грубый нахал знал и принимал её боль. Он разделил с ней не только горе – их буквально связывала одна жизнь, он стал зависим от неё, и отчего-то Вэй Учэнь не могла так просто отмахнуться от него.