Книга Живучий: #7. Кукловод. #8. Безликие. #9. Зов Баньши, страница 100 – Константин Муравьев

Инфернальный мир. Материк. Город Гранд. Внутренний город. Особняк. Сутки спустя.

Резко прихожу в себя. Нет, я не очнулся и не открыл глаза, взглянув на окружающий мир. Просто мое сознание проснулось, будто кто-то только что включил его. Ничего не понимаю. Ощущение пустоты в голове. Даже не в голове, а где-то гораздо глубже. Но вроде я соображаю, так почему не могу прийти в себя. Это странно. Это не дает успокоиться. Заставляет быстрее шевелиться мои мысли.

Не думал, что меня может вырубить нечто неизвестное и настолько упокоить меня, что я мало чем буду отличаться от холодного трупа. А уверен, именно так я и должен был выглядеть. Правда, меня почему-то это совершенно не интересовало. Мне было все равно. Сознание будто заморозили и заставили застыть во времени. Вроде ничего необычного особо и не случилось. Попадал я в переделки и более опасные и более серьезные. Но, похоже, в этот раз произошло все-таки нечто другое.

Меня отрубили и капитально. Но вот кто и как? Или это последствия сражения с монстром? Не знаю. Картина боя так и замерла в моем сознании и памяти. Это все, что у меня было сейчас. Это тот последний миг, за который почему-то и смогло ухватиться мое подсознание. И это то, за что инстинктивно ухватился и я сам. Если я перестану думать, вспоминать, заставлять себя переживать те события, то окончательно застыну, замру во времени и растворюсь в этом ничто. В этом окружающем меня мраке и странном спокойствии. Я не вижу тех предпосылок, которые могли бы запереть мое сознание в этом странном вакууме.

Хотя нет. Это не вакуум. Вон какое-то странное раздражающее и не дающее впасть в то полусонное состояние, из которого я только что выпал, мерцание. Что же произошло? Что?

И вдруг как вспышка. В мою голову полились воспоминания. Хоть тьма и окружала меня, но они все равно каким-то образом возрождались в ней, заставляя мой разум работать. Заставляя его шевелиться и тем самым спасая его от той странной и непонятной апатии, которая вновь стала подбираться ко мне. Ну что же. Если мое сознание таким способом пытается защитить себя, то я и сам постараюсь ухватиться за эту возможность.

И потому в сознании я опять был там, на поляне посреди кладбища. И передо мной он. Монстр, с которым я сражался. Все происходящее очень четко зафиксировалось в моей памяти.

Я уже в сотый раз анализирую те события, но не понимаю, почему мое сознание держится именно за этот последний кадр, и не самого боя, я нескольких мгновений до него? Что оно мне подсовывает?

Почему-то это оказался именно момент во время моего прыжка. И что я должен тут заметить? Почему именно он? Мысленно восстанавливаю модель тех событий, накладывая на нее те образы и события, что передает мне мое сознание.

Так, а это что? И я выделил отдельный участок.

Точно. Справа, как раз в ту секунду, когда я совершал свой «великий и одновременно идиотский подвиг», какое-то необычное облачко тумана. Оно мелькнуло и пропало. Длилось это даже меньше мгновения. Но я его все равно заметил, хоть и мельком. Однако моему подсознанию хватило и этого.

Еще раз по кадрам прокручиваю в памяти, которая хоть и не дает всей картинки в целом, но каким-то образом передает мне в сознание все произошедшие события того, что случилось в тот момент, когда я напал на монстра.