Книга И мы сгорим, страница 56 – Александра Рау

— Давно не виделись, – протянул он, остановившись и положив огромную лапу на плечо Пэйдж. – Как тебе игра?

— Иу, отойди! – Она попыталась вырваться, но хватке Скотта противопоставить ей явно было нечего. – Меня сейчас вырвет.

— Ты просто не знаешь, как пахнут мужчины. Твой дружок мало на них похож.

Рена не задевали комментарии о его внешности или личности, но смотреть на то, как Скотт душит Пэйдж пропитанной потом футболкой, было сродни пытке. После боя, плавно перетекшего в драку, им следовало избегать друг друга. Руководство академии какое-то время пристально следило за теми, кто влез в неприятности, и за повторные инциденты наказание уже не бывало таким мягким. Медпунктом и мелким штрафом не отделаются.

— И чего тебе спокойно не живется… – Рен медленно снял капюшон и прижался плечом к стене. – Отпусти. Дама просит.

Улыбка сделала лицо Скотта нестерпимо слащавым.

— А если нет? Что, ударишь меня?

— Скотт.

Голос прозвучал из-за его спины, широкой настолько, что Рен не сразу заметил, как кто-то еще покинул раздевалку. Адам смотрел на обернувшегося к нему Скотта спокойно, но строго, и руки того словно сами начали опускаться, давая Пэйдж возможность выскользнуть. Она спряталась за Рена, но выглядывала из-за его плеча – Рен понял это, проследив за взглядом соседа. Они кивнули друг другу, и Адам ушел, больше не произнеся ни слова.

Рен не обращал внимания, что его сосед пользуется таким авторитетом, особенно среди задир и спортсменов, которых обычно не заботит ничего кроме собственного отражения. Каким-то образом он вообще ничего о нем не знал; словно поставил между их кроватями ширму, чтобы их жизни никак не пересекались. Только голос доносился – наличие девушки ему не удавалось скрыть.

Нельзя было сказать, что сосед как-то пытался изменить ситуацию. Просто принял условия, когда их заставили съехаться, потому что слишком много комнат наполовину пустовало, – видно, решили сократить одну из строк бюджета. Он вообще мало с чем спорил. Даже в тех разговорах, что Рену доводилось услышать, сосед никогда ни на чем не настаивал.

Но в команде по баскетболу дела, похоже, обстояли иначе.

Ночью в комнате Адам не появился. Точнее, он сделал это под утро, но из-за пустоты на соседней кровати Рен уснул поздно – в свете последних событий любое исчезновение порождает ворох фантазий весьма кровавого характера. Проснувшись после третьего будильника и обнаружив аккуратно сложенные вещи, в которых Адам вышел прошлым вечером из раздевалки, Рен неожиданно для себя с облегчением выдохнул.

Но, как оказалось, слишком рано. День не задался с самого начала: удар ногой о край кровати, брызги на зеркале от кашля, настигшего Рена, когда его рот был полон пены от зубной пасты, оторвавшаяся от рубашки пуговица и вылезший на лбу прыщ. Даже лестницы тем утром словно меняли высоту ступеней, насмехаясь над ним, подставляя подножки.

Рен зашел в учебный корпус, уже ощутимо опаздывая. Вокруг сновали такие же непунктуальные студенты, хотя их лица были Рену незнакомы – обычно он не бывал в их числе. К учебе он подходил с должными интересом и дисциплиной, как делал это и в обычной школе, с особенным усердием взявшись за учебники, когда узнал, что мама беременна. Интересно, что о нем рассказывали родители? Сумел ли он подать сестренке хороший пример?