Книга И мы сгорим, страница 180 – Александра Рау

— Что с вами, доктор? – послышался насмешливый голос. – Приболели?

И почему в последнее время над ним не издевался только ленивый?

Дэйв Бернс стоял, сложив руки на груди. Казалось, ему нравилось смотреть на Грэма сверху вниз – наверняка он считал, что именно так полноценный человек должен смотреть на жалкого мутанта.

— Просто хочу спать, – отмахнулся Хьюз, вставая. – А вы не собираетесь?

— Как раз шел.

— Тогда спокойной ночи. – Грэм протянул руку, дождался, когда растерянный Дэйв сделает то же самое, и похлопал того по спине. – Спасибо. Спасибо, что нашли нашу Пэйдж.

— Не стоит…

— Нет, я правда ценю ваши усилия, – продолжал Грэм, едва не всхлипывая. От похлопываний он почти перешел к объятиям. – Кто знает, что могло бы случиться, если бы ее не спасли.

Дэйв, нахмурившись, отстранился и чуть оттолкнул Грэма, взяв того за плечи.

— Спокойной ночи, доктор. – Он неловко прокашлялся. – Отоспитесь.

Грэм несколько раз кивнул и широко улыбнулся, как бы обещая, что непременно прислушается к его словам, а затем долго провожал Дэйва взглядом, пока тот не скрылся из виду.

— Фух, я тут! – крикнул дежурный, приближаясь. – Там лампочка перегорела, поменял заодно. Вот, ваша вода!

Грэм быстро спрятал одну руку в карман и поблагодарил за помощь. В руку впились заостренные края смятого куска бумаги.

Стащил. Украл что-то впервые в жизни.

И не почувствовал ни капли стыда.

Уже в своей комнате он тысячу раз прочитал, что за записку Дэйв носил в заднем кармане, но то ли у того был дрянной почерк, то ли мозг Грэма отказывался работать в такое время – в любом случае понимал он мало. Только одно: судя по оформлению листка и словам «мг» и «в день», это была схема приема препарата. Такого названия Грэм прежде не встречал, а в местной сети данные о таком вряд ли были. Да и вбить это название без ошибок Грэм вряд ли бы смог.

Зато знал того, кто часто имел дело с врачами.

Братец, нужна твоя помощь.

Наоми поняла, что что-то не так, еще когда Пэйдж не ответила в первый раз. Она всегда отвечала. Да и опаздывать после того, как их с Адамом поймали, точно не решилась бы – все еще сгорала от стыда.

Нужно было позвонить Рену раньше. Она же забеспокоилась. Почему промолчала?

«Когда не надо, так ты в любую жопу пролезешь, – ругала Наоми себя, – а когда надо – зачем-то строишь из себя приличную».

Обычно Наоми было не заткнуть. Поссориться? Она всегда за. Отпустить едкий комментарий? Запросто. Но как только дело касалось чего-то серьезного, страх позволял делать лишь две вещи – бежать или замирать. Как будто что-то невидимое хватало ее за горло и ставило перед выбором: хочешь жить сама – дыши, хочешь спасти других – трать воздух на слова.

Конечно, она хотела жить. Тело всегда делало этот выбор за нее, как бы сильно ни трепетало сердце.

Пэйдж не откликалась, когда ее звали, но позволила умыть и раздеть себя, а затем даже сама улеглась спать. Наоми надеялась, что им удастся поговорить утром. Устроившись на кровати, она попыталась придумать, как завести разговор, но быстро провалилась в сон – усталость силой опустила ее веки.

Впрочем, спустя девять часов ничего не изменилось. Когда Наоми встала, Пэйдж уже умылась и будто принялась чего-то ждать – просто сидела на кровати, положив ладони на колени, и смотрела в стену. На слова не реагировала, как бы Наоми ни пыталась достучаться. Не вздрагивала, когда Наоми к ней прикасалась. Единственное, что выбивалось из ее роботоподобного поведения, – моргание, но и то было лишь рефлексом; из открытого окна изредка дул теплый ветер.