Книга И мы сгорим, страница 150 – Александра Рау

— Ты вовремя.

Хьюз снял очки и жестом пригласил следовать за собой, едва увидел Рена около своего кабинета. Они прошли в ту часть, что обычно была под замком, и Рена поразило количество пыли, витавшей в свете солнечных лучей. Прежний Хьюз такого бы не допустил.

Хотя кто из них остался прежним?

— Вот, держи. – Доктор Хьюз протянул Рену распечатку с расписанием занятий. – Она в группе триста четыре. Живет в том же общежитии, что и Пэйдж, в комнате сто восемь, так что можете общаться через окно. Но слишком часто там не ходи, ее сверстницы с ума сойдут, если будешь под окнами слоняться.

— Спасибо, – просто ответил Рен. Он был ошеломлен, но не количеством наставлений – это как раз было обыденным, – а манерой и тоном Хьюза. Впервые, пожалуй, он говорил так, словно они были на равных, без показной дистанции. К тому же Хьюз часто зевал, запинался и потирал глаза. – Вы… не выспались?

Хьюз несколько раз моргнул.

— Всю ночь следил за кампусом. Знаю, что бесполезно, но хотя бы пытаюсь.

— Не бесполезно. – Рен робко улыбнулся. – Если это может кого-то спасти, в этом есть смысл.

Хьюз спрятал взгляд и беззлобно прогнал Рена – как тому показалось, чтобы вздремнуть перед занятием.

Сверившись с расписанием, Рен принялся ждать конца занятий Каны у выхода из учебного корпуса. Делая вид, что очень занят изучением распечаток по искусствоведению, хотя не видел среди напечатанных букв ни единого слова, он старался не упустить, когда одновременно родное и почти незнакомое личико мелькнет среди прочих. И упустил – повезло, что мать показывала Кане семейные фотографии гораздо чаще, чем присылала их Рену. Точнее, чаще, чем он их получал.

Кана молча дернула Рена за рукав пиджака, привлекая внимание. На мгновение он растерялся, но, увидев огромные черные глаза, полные страха и восторга, подхватил Кану и закружил, крепко прижимая к себе. Прежде при одной мысли о ней его переполняли эмоции – теперь же он с трудом понимал, как вообще держит себя в руках.

А Кана хохотала. Звонко, будто ветер качал стеклянный колокольчик.

— Спасибо, что пришел, – произнесла она как бы между делом. – Я не знала, где тебя искать.

Ей не следовало его благодарить. Он мог бы найти ее раньше, сделать это самостоятельно или поторопить Хьюза – просто не хватало мужества. Но Рен был рад, что наконец его нашел.

— Я украду тебя ненадолго?

Кана активно закивала. Рен поставил ее на землю и протянул ей руку, но она за нее не взялась.

— Я не маленькая, – ухмыльнулась она. – Не потеряюсь.

— О-о-о… когда я так говорил, отец грозил оставить меня посреди трассы, чтобы сам нашел дорогу домой.

— Мне тоже грозил. Но я же знаю, что он этого не сделает.

Рен широко улыбнулся. Он тоже знал, но почему-то все равно боялся, особенно если отец понижал голос и хмурился. Что ж, он уже не раз слышал – дети с каждым годом становятся все умнее и самостоятельнее. Кана наверняка превзойдет его во всем, что он когда-либо делал.

И теперь у него есть возможность ей помочь.

Они пошли в сторону от скоплений людей; в теплую погоду все собирались на траве около стадиона или общежитий, но лишние уши Рену точно были ни к чему. По дороге он пытался разузнать, подружилась ли Кана с соседками по комнате, как ее приняли в группе и не тяжело ли ей справляться с местной учебной программой. Оказалось, что они с сестрой были совершенно разными: за пару дней Кана успела завести кучу друзей, сплести с соседками браслеты дружбы и получить похвалу почти от каждого преподавателя – даже по предметам, о которых в общеобразовательных учреждениях и не слышали. Свою интровертность Рен любил, но понимал, что быть кем-то вроде Каны гораздо более выгодно. Не знал, легко ли. Но выглядела Кана невероятно довольной.