Книга И мы сгорим, страница 146 – Александра Рау

Неудивительно, что они нервничали. Двоих их друзей убили, а на подругу напали, хотя никто из них не провинился ни в чем, кроме выдающегося высокомерия. Если бы не покушение на жизнь доктора Хьюза, следовало бы думать, что дело именно в самопровозглашенной элите старшекурсников и это за ними идет охота. Но о причине отсутствия Хьюза знали немногие, а потому страх этой компании выдавал – их есть за что наказывать, и они об этом знают.

— Может, навестим Лайлу?

— А она будет рада нас видеть? – засомневался Рен.

— Не думаю. Но эти дурни, похоже, к ней тоже не ходят.

— Как ты это поняла?

— Они вот-вот от страха обделаются. Вряд ли наберутся смелости посмотреть в глаза подруге, которая пострадала. Уверена, они считают, что скоро придут и за ними. А чем дольше они от нее прячутся, как от прокаженной, тем сложнее им будет оправдаться при встрече.

— Тогда навестим! – Ларс неожиданно воодушевился и уже хотел вскочить из-за стола, но, посмотрев на остальных, сел. – На ее месте мне бы не хотелось остаться одному. Позовем Хьюза, пусть он расскажет, что пережил. Может, узнаем, что произошло.

— Попробуем пока без Хьюза, – возразила Наоми. – Мало того, что этот сухарь вряд ли заставит ее расчувствоваться, она может подумать, что на нее давят. Все же он препод.

— Да, их компания с Хьюзом не сильно близка, – подтвердила Пэйдж.

— Тогда решено.

Переглянувшись, все четверо встали из-за стола и размеренным шагом направились к выходу. Едва упомянутого Хьюза они вскоре встретили в коридоре, но он на них и не взглянул – говорил с кем-то по телефону на явно повышенных тонах, даже раскраснелся, и Наоми с ужасом подумала, что нужно совершить что-то невообразимое, чтобы так его разозлить.

Когда Флоренс перерезала себе горло, Хьюз был совершенно хладнокровен.

От воспоминаний у Наоми задрожали пальцы, но Рен вовремя взял ее за руку, и этого никто не заметил.

Лайла лежала в местном лазарете – небольшом помещении недалеко от медпункта, которое, по словам Пэйдж, обычно пустовало. Туда попадали разве что после серьезных драк между студентами, но благодаря ускоренному метаболизму никто надолго не задерживался. Лайле не повезло установить рекорд пребывания там – яд выводился дольше, чем затягивались царапины.

Никто не навещал ее, судя по слухам. И оттого лишь удивительнее, войдя в лазарет, было обнаружить у постели Лайлы Адама, смахивающего платком пот с ее лба.

Наоми и Рен, едва увидев его, повернулись к Пэйдж, но та лишь сжала губы и нахмурилась.

— Что ты здесь делаешь? – тут же выпалил Рен, привлекая внимание Адама.

— О… и вы тут. – Он спрятал платок в карман, и его взгляд, быстро скользнув по Рену, вцепился в Пэйдж. – Здорово, что пришли.

Ларс смотрел на всех по очереди, пытаясь понять, из-за чего атмосфера в комнате так накалилась.

— Можете уходить, – подала голос Лайла. Голос слабый, чуть хриплый, почти неузнаваемый.

— Нет, оставайтесь, – возразил Адам и, взяв пиджак со стоящего рядом стула, поспешил к выходу. – Я пойду.

Наоми внимательно проследила за ним взглядом, но никакого взаимодействия между ним и Пэйдж не заметила.

— Вы поссорились? – шепнула она.

Пэйдж пожала плечами, не переставая хмуриться.

Ларс первым решился подойти. Он присел на пол рядом с постелью Лайлы, поправил ее одеяло и пряди, разбросанные по подушке. Со стороны могло бы показаться, что он без памяти в нее влюблен, но на лице его четко читалось чувство вины. Ларс признавался: он боялся, что потерял ценные секунды, пытаясь понять, откуда доносятся звуки. Если бы он заметил Лайлу чуть раньше, если бы ее раньше доставили в больницу – хотя бы на минуту или две, – может, последствия для ее организма не были бы такими серьезными. Пока он прислушивался к ее хрипам, яд растекался по кровеносной системе, устремляясь к сердцу и мозгу. И потому все, что он мог теперь делать, – смотреть на ее нездорового цвета лицо и корить себя за упущенные возможности.