Книга И мы сгорим, страница 10 – Александра Рау

Людям свойственно жертвовать собой. Звери вмешиваются, только если уверены в своей победе.

Рен сорвался с места и подбежал к бушующей толпе. Ему не сразу удалось пролезть к объекту всеобщего внимания, и он тут же схватил новенькую за запястье, чтобы не позволить однокурсникам устроить самосуд. Вопреки ожиданиям, Наоми совсем не выглядела напуганной. И жест Рена скорее взбесил ее, нежели обрадовал.

Как будто забыв о сыплющихся со всех сторон обвинениях, она посмотрела ему в глаза, скривилась и вырвала руку из его цепкой хватки.

— Как ты это сделала, а? – кричал здоровяк. Рен узнал в нем парня, что всегда бегал за Альбертом следом. – Ты, малявка…

— От нее пахнет какой-то… мышью, – насмешливо протянула блондинка со скрещенными на груди руками. – Что, за щекой крысиный яд завалялся?

Верхняя губа Наоми, до того стоически терпевшей нападки, дрогнула.

— А ты попробуй свой сок. И узнаешь.

Друг Альберта – кстати, та блондинка была его девушкой, если то, за чем Рен застал их однажды в мужской раздевалке, они называли отношениями, – сделал шаг вперед. Из его ноздрей едва пар не валил, и хотя занесенным над головой кулаком, что размером был чуть не с половину Наоми, он вряд ли нанес бы удар, Рен поддался порыву и сделал первое, что пришло ему в голову. Стопроцентный вариант ненадолго шокировать всех и заставить позабыть о том, почему они обрушили на новенькую груду беспочвенных – ну ладно, следовало признать, немного смысла в этом все же было, – обвинений.

Рен набросился на Наоми с поцелуем. Обхватил ее лицо широкими ладонями, набрал в легкие побольше воздуха и припал к горячим губам. Поначалу она не сопротивлялась, и Рен даже наслаждался процессом, позабыв, зачем все это затеял, но затем во рту почувствовался привкус крови – она прокусила ему губу. Не дав никому опомниться, он снова схватил Наоми за руку и почти спокойным шагом увел из столовой. Она повиновалась до тех пор, пока он не закрыл за собой дверь первого попавшегося кабинета.

Рен дружил с девушками, особенно много времени проводя с Пэйдж, но за десять лет в академии ни разу не устраивал чего-то подобного. Да, Пэйдж научила его целоваться, пусть потом они неделю мыли рот трижды в день и два месяца едва могли смотреть друг другу в глаза. Да, он тайно встречался с парой старшекурсниц, потому что знал – они не проболтаются, что запали на парня помладше. Но открытого проявления чувств Рен всегда избегал, чтобы, проходя мимо компании студентов, не чувствовать, будто на нем разрывают одежду и раскрывают грудную клетку. На хрен этих сплетников. Пусть только попробуют залезть ему в душу.

«Но в этот раз пусть поразвлекаются».

— Ну что, – улыбнулся Рен одним уголком губ, – как…

По щеке словно полоснули горящим хлыстом. Наоми убрала руки за спину и, как она думала, незаметно потерла ладонь, чтобы унять боль от неаккуратного удара. В основном он пришелся не на мягкую часть щеки, а в челюсть, из-за чего у Рена чуть слышно звенело в ушах.

— А ты умеешь драться, – хмыкнул он. – Можно было не спасать.

— Я тебя и не просила!

Наоми дышала часто и прерывисто, будто перебирая в голове миллионы знакомых ей ругательств и выбирая подходящее для непрошеного помощника. Рен слизал каплю крови с нижней губы и поморщился, притрагиваясь к ране.