Книга Полыхающий рассвет, страница 20 – Лисса Соллей

— Прошлой ночью, где-то около полуночи. По крайней мере, это самая лучшая версия.

— И никто её не нашёл?

— Эту дорогу должны были завтра закрыть из-за частых затоплений.

Когда полотно было полностью убрано, Морганна помогла расстегнуть платье женщины, которая оказалась лежащей на животе, чтобы осмотреть её. Пока Нишант искал следы на одежде, Хель осматривала каждую родинку и царапинку, изредка поглядывая на брата. Она тихонько втянула воздух в нос и поморщилась. Вот они. Следы магии. Чтобы проявить остатки такой давности, был необходим раствор. Морганна потянулась к сумке и вынула оттуда нужную бутылочку – флакончик с распылителем-грушей, внутри хранящий концентрат чертополоха. Хватило пары брызг, чтобы на шее и левом плече показались алые отпечатки пальцев, ведущие к груди.

Альберт внимательно слушал всё, что ему говорил представитель Южной Святой Инквизиции – ЮСИ.

— Вот… И что ж ещё можно добавить? – небольшого роста мужчина почесал тонкую русую бороду. – Милфорд у нас город спокойный. Такие случаи – редкость. Последний раз – двенадцать лет назад был!

— Есть ли закономерность? Двадцать четыре года назад случалось ли что-то подобное?

— Нет. Хотя, знаете, я лучше подниму архив. Вы сможете подойти завтра в полдень, чтобы встретиться у городского архива? Он стоит на улице Святой Ингвион.

— Да, конечно. Благодарю вас за содействие, Вира.

Мужчина рассмеялся.

— Я женат. Обращайтесь ко мне дхава Ришаб Аджера или дхава Ришаб. – Кивнув друг другу, они попрощались, и Альберт пошёл к сестре и Нишанту.

— Что-то нашли? – тут же поинтересовался градохранитель.

— Не сказал бы. Но мне завтра к полудню надо в архив.

— Нам с авирой Морганной тоже можно было бы туда заглянуть… – Нишант сдул рыжую прядь с глаз. – Как думаете, это ведьма?

— Однозначно сказать нельзя. Кто-то магический. Я могу её перевернуть?

— Да, конечно.

Северянка аккуратно потянула за плечо женщину, чтоб перевернуть на спину, и поморщилась. Нишант гулко сглотнул. Вся грудная клетка была разодрана. И кровь не просто пропитала одежду и засохла на коже – казалось, кто-то специально превратил мягкие ткани в мясные ошмётки. Альберт перевёл глаза на градохранителя, словно молча спросил: «Теперь убедился, что это не просто так?»

— О, Камики Йавати… – всё, что выдавил из себя Фаввара.

— Дайте сюда света.

Анна подозвала полицейского и, забрав у него фонарь, осветила туловище убитой. Точнее, месиво, что от него осталось. Вдруг меж рёбер что-то блеснуло. Альберт молча передал сестре платок, и она выудила из тела резные ножницы.

Это был аккуратный серебряный атрибут, выполненный в виде изогнувшегося журавля. Обычно такие тонкие и дорогие использовались знатью для вышивки – их концы специально тупили. Всё, что ими можно было сделать, – нацарапать что-то на коже. Морганна снова пшикнула из флакона и платком отодвинула верхнюю часть платья в сторону. Магический след что-то вырисовывал среди следов засохшей крови.

Морганна прищурилась, чтобы разобрать символ, и вздрогнула, когда Фаввара подал ей блокнот с уже готовой копией.

— Спасибо… Ого. Такого я не видела. Брат?

Альберт забрал из рук сестры тетрадь и внимательно изучил. Неизвестный преступник выцарапал узкий ромб, из центра которого выходили вниз ещё два, имея лишь одну общую грань и точку в середине первого. Через неё также проходило основание широкого треугольника, чья вершина была чуть выше первого ромба.