Книга Психотерапия для демонов, страница 95 – Александра Власова

— Ничего не понимают! Ничего, ничего! – твердил Егор, вновь сидя в коридоре больницы. И то, что ему сказали, что бабушка скоро умрет, совсем ничего не значит.

Он – маг от слова «мочь», значит, он сможет ее спасти. Слышите?! Сможет!

— Не надо, Егорушка, – только сказала бабушка, когда Егор попытался залить в нее немного целительной Силы. – Отпусти.

Но он до последнего вливал свою энергию в бабушку, как когда-то в детстве в сбитую машиной кошку.

Она уже больше чем наполовину была не здесь, и Егор отдавал энергию миру мертвых.

Бабушка продержалась на два месяца дольше, чем могла. А когда Егор отвлекся на «исцеление» соседки по палате, тихо ушла во сне, как и мечтала.

Эти два месяца стоили мужчине десяти лет.

Заесть смерть оказалось сложнее, чем несчастную любовь. Здоровье совсем посыпалось: одышка, проблемы с сердцем и печенью, подозрение на сахарный диабет. В последний месяц Егору стало сложно ходить. Дальше хуже: ожирение будет прогрессировать, отрыв от реальности увеличиваться, а вместе с ним расти и обида на людей.

Благоприятных перемен в личной жизни Алика, как ни пыталась всматриваться, не рассмотрела.

И вот он у Алики. Считает себя «великим светлым волшебником». Настроен учиться, чтобы помогать людям.

«Только они тебя об этом не просили. Ни кошка, ни Маша с Майей, ни уж тем более бабуля», – подумала ведьма с жалостью.

— Учить магии я тебя сейчас не собираюсь. Прости.

Алика заглянула Егору в глаза и мысленно сказала, обращаясь напрямую к Душе: «Ты помогал всем, забыв единственного человека, которому мог помочь по-настоящему. Ты задолжал ему всё: походы в спортзал, счастливую семейную жизнь, ты задолжал ему детство и юность. Ты задолжал ему даже горе. Потому что вместо того, чтобы достойно проводить единственного человека, которому ты был небезразличен, бабушку, идешь к ведьме, чтобы ее воскресить».

— Не могу же я быть эгоистом? – воскликнул Егор.

Надо же, он услышал!

Обычно слова, произнесенные не вслух, оседают на самой глубине сознания и через какое-то время клиенты принимают их за собственные же мысли.

Алика усмехнулась:

— Можешь.

Он напомнил ей практика, который вел по двенадцать приемов в день до падения в обмороки, до полного энергетического истощения. Алика рассказала Егору о нем.

А еще невольно вспомнилась одна юная ведьма, которая больше всего на свете любила лезть с помощью ко всем без разбору и горько за это поплатилась.

Однажды она пыталась изгнать беса – помощника колдуна, причем и маг, и дух не считали, что в этом нуждаются.

Любое вмешательство без запроса расценивается как нападение и дает право делать с агрессором все что хочется.

Последствия насильственного нанесения добра катастрофические. Они коснулись не только ее, но и невинных людей. Сломанную жизнь одного из них Алика не может простить себе до сих пор.

…Егор некоторое время сопротивлялся, но через пару часов душеспасительных бесед все же признал, что сейчас сам он – тот, кому помощь необходима больше всего. Обещал хотя бы ближайшие несколько месяцев заботиться исключительно о человеке по имени Егор и не помогать никому другому (особенно если не просят!).

Прежде всего нужно выручать себя.

«А после этого, может быть, и спасать-то никого не понадобится. Они как-то сами…» – мысленно добавила Алика.