Книга Психотерапия для мертвеца, страница 42 – Александра Власова

Сны о других жизнях были настолько тяжелыми, что я старалась сразу их забыть.

— Наверняка жизней было больше, гораздо больше! – с авторитетным видом заявляет наставница. – Это все объясняет: и то, почему рядом с тобой духи, которые явно пришли из прошлых жизней, и выдающиеся магические способности!

Я привыкла безоговорочно доверять бабе Марье. Сколько раз ни обращалась к наставнице, ее заключения всегда оказывались удивительно точными. Почему же сейчас не получается отбросить опасения?

С одной стороны, очень хочется верить в то, что я – древняя, могущественная душа, с другой – гложут сомнения. Что-то не сходится.

— Но, баба Марья, выходит, «высшая Я» пыталась меня придушить? – осторожно уточняю я.

Не слишком-то похоже на доброго и чуткого наставника!

Наставница мягко накрывает мои руки своей ладонью:

— Представь, как душа страдала, когда ты пыталась отречься от самого важного. Трупные пятна и следы разложения… разве не свидетельства ее мук? Если ученик заблудился, а учитель испробовал все, что мог, порой ему приходится использовать жесткие методы. Нет ничего важнее, чем вернуть подопечного на истинный путь, – воркует наставница.

Ее слова звучат тише и тише, словно доносятся издалека. Их смысл ускользает – приходится прикладывать титанические усилия, для того чтобы не потерять нить разговора.

Кружка падает из рук – какая же я неуклюжая! Хочу ее поднять, но вместо этого медленно оседаю в кресле. Чай – что там было? Какие-то травы… Я приподнимаюсь – наконец удается пошевелиться, но тело остается безжизненным кульком лежать в кресле.

* * *

Первая мысль: я мертва и дальше буду влачить существование в виде жалкого призрака. Здесь присутствуют все нужные элементы для низкопробного фильма ужасов: старушка – божий одуванчик, которая на самом деле могущественная ворожея, доверчивая главная героиня и чай, что на поверку оказывается смертоносным ядом.

Будь у меня чувства, я закричала бы и начала задыхаться от страха.

Но вместо них работает только холодный ум. Навряд ли баба Марья хотела меня отравить. Колдунья вложила в обучение ученицы слишком много времени и сил. Ведьмы, как никто другой, ценят энергию и стараются не расходовать ее понапрасну.

Я нагибаюсь, чтобы осмотреть собственное тело. С облегчением отмечаю, что моя грудь легонько вздымается и опускается. Распластавшаяся в кресле девушка выглядит бледной, но вполне живой.

Следующая мысль, которая приходит в голову: у нас незапланированная внетелесная практика. Баба Марья не раз рассказывала, что некоторые колдуны умеют покидать собственные тела, но неизменно добавляла: «Такой опыт требует длительной подготовки и осторожности».

Наставница все время твердила, что перед подобной практикой необходимо поставить защиты, чтобы не подцепить тварей, которые водятся в астрале, усмирить страхи и любые желания. Малейшая уязвимость может оказаться фатальной.

Почему же колдунья разделила мое тело и душу без какой-либо подготовки? Не успеваю даже предположить, как на другой стороне комнаты вижу своего двойника. «Высшее Я» выглядит совсем иначе, чем несколько часов назад.

Никаких следов окоченения или трупных пятен. Кажется, будто талантливый ретушер взял мою лучшую фотографию и несколько дней не вылезал из фотошопа. На губах «кальки» застыла ласковая полуулыбка, растрепанные волосы тщательно уложены. Аристократически мраморная кожа без единого изъяна.