Книга Психотерапия для мертвеца, страница 130 – Александра Власова

— У меня не хватит слов, чтобы описать, как сильно я его ненавижу. Я мечтала о детях всю жизнь! Муж пятнадцать лет уверял, что не собирается заводить ребенка. Я верила и любила. Жила так, как он хотел: оставила профессию, следила за домом – готовила ужины из трех блюд. А год назад… – женщина запинается. На секунду мне кажется, что из ее горла вырвется давно замерший там вопль, но вместо крика слышится только змеиное шипение: – Год назад ушел к молодой – и, представьте себе! – передумал. Из-за бывшего я упустила свой шанс – врачи сказали, детей у меня больше не будет. Пожалуйста, – просит она, – сделайте так, чтобы у них тоже ничего не вышло – бесплодие для обоих будет самым лучшим возмездием!

* * *

— Добрый день! – на этот раз ко мне заглянула на редкость приятная женщина лет тридцати пяти.

Одета без шика, но опрятно. Лицо кажется притягательным, но не из-за правильных черт или усилий косметологов, просто в облике гостьи сквозит материнская мягкость.

Может, в этот раз все будет иначе? Пожалуйста, пусть повезет – мне необходимо среди бесконечного круговорота ненависти увидеть хотя бы один лучик света.

Я так долго брожу в темноте, что начинаю понемногу забывать, что он вообще существует. Я верю: большинство людей причиняют друг другу боль не намеренно – по глупости или ошибке. Как бы реальность ни убеждала в ином, продолжаю отчаянно цепляться за старые убеждения, как за соломинку.

Несмотря на внутреннее обаяние, женщина выглядит измученной. Кое-где виднеется и ранняя седина, и темные круги под глазами, грубо замаскированные тональным кремом.

Кажется, будто в последний раз клиентка высыпалась годы назад. «Может, на ней легкий негатив, и мне предстоит его снять?»

Я никому не желаю стать жертвой магического воздействия. Просто, размещая объявление об эзотерических услугах, надеялась, что буду помогать людям, а не вредить.

— Моя мать никогда меня не любила, – начинает исповедь гостья. – В детстве могла ударить за плохую оценку в школе, а плохими считались любые результаты ниже пятерок, или за то, что забыла дома сменную обувь. Но чаще всего прилетало потому, что внешне напоминала предателя-отца.

Я вела хозяйство: готовила, убирала, стирала, но мать все равно считала меня неумехой. Постоянно внушала, что такую бестолочь никто не возьмет замуж, – собеседница давится подступающими слезами. Я неловко протягиваю ей упаковку бумажных платков.

Чтобы сонастроиться с ней, не приходится даже прикладывать особых усилий – перед глазами сами проносятся картины несправедливых унижений, а в ушах набатом звучит голос моей собственной матери: «Ты мне не дочь!»

Пусть наши истории совсем разные, но, кажется, я начинаю понимать женщину.

— Мать ни разу не попала в точку, – посетительница робко расправляет плечи. – Я вышла замуж, родила двух детей. Муж – хороший, работящий, не пьющий… – Она на секунду заминается, словно размышляя, стоит ли добавлять в рассказ выбивающийся «пазл». Решается ничего не утаивать: – Зарабатывает, правда, немного, но ведь деньги – не главное.

— Чудесно, – говорю вслух, а сама думаю: «Неужели она пришла сюда ради того, чтобы похвастаться, как все прекрасно устроилось? Маловероятно».

— Единственная проблема, – женщина вновь горбится и опускает глаза, – нам негде жить. Пока оба работаем, снимаем квартиру, но скоро я выхожу в декрет – снова. Мы не потянем аренду, – голос клиентки перестает дрожать от обид. Постепенно из него уходит даже горечь, остается только сухой расчет. – Скажите: родители ведь обязаны обеспечить детям старт в жизни?