Книга Воин Арете, страница 113 – Джин Родман Вулф

— Зихрун, – ответил чернокожий.

— Эгесистрат, зачем Гиперид посылал тебя во Фракию?

Эгесистрат живо ответил:

— Чтобы поддержать царя Котиса и его сторонников и заверить их в вечной дружбе Афин. Царь Котис, увы, ныне покинул этот мир, но его сын, любимец богов, принял от него престол и корону. А советники его сына прислали нам множество подарков в подтверждение своей доброй воли.

Фемистокл кивнул, вполне удовлетворенный.

— Ну а ты что скажешь, Латро? Зачем тебя посылали во Фракию?

Я сказал ему совершенно честно, что до сего момента и не знал, что побывал там.

— Но пусть никто из вас не забудет одно, – сказал Гиперид. – Если кто-либо спросит вас об Эобазе, то все мы слышали, что его принесли в жертву Плейстору. Сами, правда, при этом не присутствовали, но, по слухам, это так и есть.

Ксантипп посмотрел на солнце – словно хотел понять, сколько осталось до заката.

— Я думаю, у нас все получится, Фемистокл, – сказал он. – Латро, а ты и твой друг знаете, каков ваш здешний статус?

Я сказал, что могу говорить только за себя, но, как мне кажется, мы считаемся иноземными гостями. Хотя знал, что никакие мы не эллины.

Пока я писал, явился Полос, желавший побеседовать о колесницах и лошадях. Я заставил его умыться, а потом мы с ним действительно поговорили.

Ио принесла букет цветущих яблоневых веток. Еще не все бутоны распустились, сказала она, однако она отыскала несколько веток в полном цвету; а некоторые из тех, что сорвала Элата, с еще не распустившимися цветами, тут же распустились у нее в руках, что довольно странно. Я рассказал детям, что завтра мы отправляемся в Спарту вместе с Фемистоклом, отчего Ио очень опечалилась. Она говорит, спартанцы – люди жестокие и доверять им нельзя; надо сказать, что Эгесистрат говорит то же самое; так что, возможно, я правильно поступил, когда записал все, что говорилось здесь, под деревом.

Ксантипп и Гиперид объяснили нам с чернокожим, что по законам Афин мы являемся рабами Гиперида, которых он получил как военнопленных от города Коринфа. (Об этом я должен еще спросить Ио.)

— Я собирался продать вас Каллеос, – сказал Гиперид, – и даже написал ей расписку. За это она должна была устроить для меня и моих гостей – не более десяти человек – пять праздничных ужинов. Но поскольку устроен был только один ужин, я остался вашим прежним хозяином, ясно?

Я кивнул, чернокожий тоже.

— Я понимаю, вам неприятно быть рабами. Не могу винить вас за это – мне бы тоже не понравилось. План, который мы разработали – Ксантипп, Фемистокл, Кимон и я, – это, по сути дела, законный способ освобождения вас обоих. Что касается чернокожего, то с ним все просто, а вот с тобой, Латро, дело обстоит сложнее, потому что тебя требует к себе Павсаний. – Он глянул на Фемистокла, ища поддержки; Фемистокл кивнул. – Тебя ведь от Каллеос увели люди Павсания, понимаешь? И пока мы были в Сесте, она обратилась к нему за компенсацией и получила ее. Можно понять положение, в котором оказался регент: он честно уплатил за тебя, а достался ты нам. Он считает, что мы должны вернуть тебя ему.

От своего имени и от имени чернокожего я заверил Гиперида, что мы оба у него надолго не задержимся.

— В этом не будет необходимости. Я же сказал, что мы придумали кое-что, – ты меня не слушал? Я узнал обо всем, стоило нам высадиться на берег, и все рассказал Ксантиппу – в том числе и о нашем путешествии во Фракию.