Книга Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа, страница 103 – Антон Мамон

— Это те, что сейчас лежат под теплыми одеялками и блаженно пускают слюни? Ох, милая, не смеши, еще один приступ кашля я не переживу.

— Кто ты? Покажись!

— Я верный Цербер, что охраняет тебя в этой темнице. Глаз у меня, может быть, и нет, зато нюх отменный. Попробуешь сбежать – выпью из тебя всю молодость, а заодно и на мир полюбуюсь через твои прекрасные глазки…

— Хельга, оставь нас на секунду, – раздался голос неизвестного.

— Как скажет мастер, – покорно отозвалась старуха и зашаркала прочь, пристукивая костылем.

Череда бестолкового чирканья спичкой о коробок, наконец, породила пламя. Маленький, дрожащий от сквозняков огонек едва не погас, но стоило ему приблизиться к факелу, слепящее зарево осветило пространство. Эмили зажмурилась, но даже за ту долю секунды, что ее глаза оставались открыты, она узнала лицо своего визитера. Лицо твари, отнявшей жизнь у ее матери… Лицо Камиля.

— Что, пришел, чтобы покончить со мной раз и навсегда? – ухмыльнулась Габен через силу. – Хотя чему удивляться? Нападать на беззащитных – это твой стиль, ничего нового.

— Забавно слышать это от того, кто не прочь выстрелить в спину! – ловко парировал Арно, усаживаясь на пол. – Будь спокойна, убивать тебя никто не собирается, по крайней мере, сейчас.

— Что за игру ты ведешь? Думаешь, удастся перехитрить орден?

— Думаю, да. Они захотят тебя вернуть. Но если это и случится – то исключительно на моих условиях.

Эмили рассмеялась нарочито громко. Ей страшно хотелось уничтожить вампира… Хотя бы морально.

— Ты глуп! Непростительно глуп, Арно! Таких, как я, десятки, а может быть, и сотни. Одна жизнь ничего не значит. Даже если умру я, освободившееся место займет новая девчонка, еще более сильная и куда более удачливая. Орден «Креста и Пули» – это цепь, каждое звено в которой можно заменить без потери прочности…

— Хм. Значит, ты и вправду не знаешь.

Превозмогая отвращение, Эмили открыла глаза, чтобы взглянуть на того, кто был ей так противен. Камиль сидел по ту сторону железных прутьев. Босой, растрепанный, в темных брюках и белоснежной рубашке, верхние пуговицы которой не застегнуты. Только сейчас Габен поняла, что приятный древесный аромат, вытеснивший запах сырости, исходил от него. Не будь он ее заклятым врагом, девушка сумела бы назвать его красивым. Своеобразно красивым… Будто сошедший с полотен Тициана, вечный юноша с лицом, испещренным страданиями, молчал, созерцая пламя. В глазах его мелькали бледно-оранжевые блики.

— Какую еще правду? Что вообще ты знаешь о правде, лукавый?! – ударив ногой в решетку, прошипела Эмили.

— Ты особенная. Ты нужна им.

— Не знаю, что за байки ты решил травить, но имей в виду: я не куплюсь. А еще – помни, что я убью тебя при первой же возможности. Так что, если задумал меня прикончить, делай это прямо сейчас или убирайся!

— Не глупи. Твоя жизнь только началась. Впереди еще столько всего интересного. Ты не видела, как прекрасен этот безумный мир! Хотя что там мир, ты и себя-то едва познала. В конце концов, задумайся о близких… Неужели хочешь лишить их любимого человека? – Камиль резко перевел взгляд на пленницу.

— Потрясающая жестокость… Задавать подобный вопрос девушке, у которой ты забрал мать. Это слишком даже для вселенского зла! – Эмили безуспешно скрывала обиду.