Книга Ночница. Коллекция ужасов, страница 131 – Антон Мамон

Даша промолчала в ответ. Странным образом ее мысли были увлечены необычным пациентом. Раньше такого не случалось, посему нынешнее состояние пугало. Егожина не была одним из тех врачей, что воспринимают пациентов лечебницы как безмозглое стадо овец, за которым надобно следить, возвращая отбившихся и наказывая непокорных. Неподвластная профессиональной деформации, девушка старалась сопереживать тем, кому не посчастливилось лишиться разума. О ее добросердечности и отзывчивости коллеги слагали легенды. А еще в шутку называли Матерью Терезой.

В то же время никто не сомневался в профессионализме молодого врача. Когда ситуация того требовала, Дарья Алексеевна без раздумий отдавала приказ санитарам привязать к кровати разбушевавшегося больного и лично угощала его конской дозой галоперидола. Зная это, подопечные относились к Егожиной с пиететом, охотно шли на контакт и всячески содействовали.

Даниил оказался другим. Мальчик, с ноги открывавший двери в редакции модных журналов, знал себе цену, и начинающему доктору он точно был не по карману. Будь Карпов дурачком – «три класса церковно-приходской школы», – коммуникация сложилась бы иначе. Выходцам из маргинальной среды многого не нужно! Такие готовы в ноги падать за добавку супа или разрешение тайком выкурить сигаретку. С этим гламурным мачо придется попотеть. Задача непростая, но интересная. Такие, как он, действительно крайне редко попадают в госучреждения, особенно провинциальные.

Накрасив губы кричаще-красной помадой, Потехина подмигнула себе в зеркальце и сняла халат. Этим вечером очередной ухажер из приложения для знакомств назначил ей свидание. Это значило лишь одно: Маринка и минуты лишней не проведет в больнице! Улетит прочь на крыльях одноразовой любви, как только часы пробьют пять.

— Хочешь, поинтересуюсь у Павлика насчет холостого друга? – отвлеченно спросила коллега.

Слегка опешив, Даша не сразу нашла, что ответить. Непосредственность Марины частенько обескураживала.

— Ой, нет, спасибо, мне это неинтересно! – заверила Егожина, собравшись с мыслями.

— Чудная ты девка! Будь у меня твои формы – давно бы замуж выскочила за богатого мужика! Ходила бы себе по салонам красоты и магазинам, а не прозябала тут, среди полоумных.

— Не для того я, Мариш, восемь лет убивала нервные клетки в универе. Это называется призвание!

— Это называется радикальный феминизм! – растягивая клоунский рот в улыбке, произнесла Потехина. – Передумаешь – дай знать. Все, чао-какао, я пошла!

— Давай-давай, повеселись там, – спокойно произнесла Даша вслед уходящей подруге.

Остаток вечера прошел на удивление тихо. Казалось, новенький излучал заразительное убаюкивающее спокойствие. Наблюдая его неподвижное сидение на кровати, любопытные завсегдатаи и сами вели себя осторожнее, словно побаивались чужака. Егожина несколько раз совершала обход. Задерживаясь в палате Карпова чуть дольше, чем в остальных, она силилась понять, чем, помимо привлекательной мордашки, ее так заинтересовал Карпов. Ответов, увы, не находилось.

Ближе к полуночи, когда закончилась бумажная работа, а пациенты видели десятый сон, Дарья решила порадовать себя чем-нибудь вкусненьким. Выбор пал на горячий шоколад из вендинг-автомата у пропускного пункта. Егожина обожала эти короткие ночные вылазки, они отлично помогали развеяться, а еще – получить необходимую долю сахара в преддверии бессонной ночи. Сегодня, шагая по длинному пустому коридору, освещенному холодным светом электрических ламп, доктор размышляла обо всем на свете, пытаясь отвлечься от странного незнакомого чувства.