Книга Идеальное преступление, страница 60 – Никита Фред Декс

Я принес холодную жареную курицу и рюмки.

Дальше следовал унылый и раздражающий монолог Нурбека о том, как он безуспешно пытается добиться взаимности некой двадцативосьмилетней Кати, переехавшей из Уральска в Самару вместе с двумя детьми около трех лет назад. И если первый раз я слушал с легкой долей сочувствия, то последующие четыре раза, воспроизведенные точь-в-точь, будто на записи, мне хотелось придушить Нурбека прямо на своем диване.

— А пива нет? – промямлил он, когда мы осушили бутылку.

— Да сколько в тебя лезет? – не выдержал я, борясь с желанием упасть лицом в тарелку и отключиться часов на десять.

— Сколько есть, столько и лезет, – ответил Нурбек с идиотской улыбкой на обрюзгшем и заплывшем лице и погладил себя по едва выступающему животу.

— Хорошо. Есть тут один магазин, где продают ночью. Но туда идти минут сорок. Через ж/д пути, парк и несколько кварталов…

«Железнодорожные пути!» – вдруг промелькнуло у меня в голове, и я тут же взбодрился.

— Не… Поедем на машине, – то ли зевая, то ли икая, протянул Нурбек, сидя на стуле и покачиваясь слева направо.

— Нет, – ответил я твердо, будто отчитывал непослушного ученика. – Если мы туда и отправимся, то только пешком. Один раз нам повезло добраться сюда и не наткнуться на ментов, но зачем опять рисковать? У тебя эта тридцатка лишняя, да? Мне тогда отдай – я найду ей применение получше. Давай, вставай, прогуляемся.

— Ладно, – буркнул Нурбек, а затем кивнул в сторону серванта, на который, как на алтарь, я возложил собачий череп, и указал в центр стола, где белела тринадцатиугольная звезда: – Ты тут дьявола вызываешь, что ли?

Он засмеялся, а я тихо произнес: «Почти» – и добавил мелом две полоски к недавно нарисованному кругу в виде колеса.

Мы шли долго, скучно и тяжело. Нурбек постоянно курил и повторял историю своей неразделенной любви. Пытался даже исполнить «Катюшу», но на третьем куплете замялся, видимо забыв слова, и запел что-то печальное по-казахски.

Незадолго до магазина я надел маску и перчатки, а Нурбека попросил подождать на самодельной скамейке под деревом.

Когда я вышел с двумя полуторалитровыми бутылками, Нурбек уже дремал.

— Рано! – в полный голос произнес я и пальцем щелкнул его по носу. – Пошли обратно! – И всучил ему одну бутылку.

Уже пробираясь через полосу препятствий из железнодорожных путей, Нурбек едва передвигал ногами и чуть ли не падал на рельсы.

— Давай передохнем, – предложил я, и мы сели на бревно среди множества молодых кленов.

Не прошло и десяти минут, как Нурбек начал клониться вперед, но каждый раз я будил его и предлагал глотнуть еще пива. Так продолжалось, пока он не завалился в ароматную листву, как резиновая кукла.

Я достал телефон и заглянул на сайт РЖД: до ближайшего поезда еще полчаса.

В карманах Нурбека я нашарил ключи от машины и кошелек, откуда вытащил права, шесть пятитысячных купюр и карту, ПИН-код которой узнал ранее. Сам кошелек с несколькими сотнями и мелочью вернул в карман куртки.

Спустя минут двадцать пьяное тело Нурбека лежало на шпалах в самом темном участке путей, а голова и руки – на рельсе, будто на подушке. Его телефон я размолотил камнем и раскидал осколки вокруг.

Когда послышался стук колес, я стоял на достаточном расстоянии, чтобы различать темный силуэт на путях, но при этом скрыть свой лик от глаз машиниста. При этом ни я, ни машинист не увидели, как Нурбек лишился головы и рук. Лишь едва различимый хлопок, который я скорее почувствовал, чем услышал. – будто щелкнул между пальцами спелый крыжовник, – возвестил о завершении очередной главы «Идеального преступления».