Книга Умри тихо, мой ангел, страница 68 – Андреас Гётц

Но это было далеко не так. Ее объятия буквально выбили его из колеи. Отправили в нокаут.

Когда он вновь пришел в себя, оказалось, что они уже давно сказали друг другу «Спокойной ночи», а он стоял с письмом Натали в руке, пялился на закрытую дверь и при этом судорожно пытался сообразить, что же только что произошло. Как долго это продолжалось? Где были ее руки? Но прежде всего: он тоже что-то делал или просто стоял как столб? Какая она была на ощупь? Вполне определенно он помнил только ее запах, эту сладковатую смесь из аромата духов или дезодоранта и еще чего-то. Чего-то такого, что он не мог назвать никак иначе, кроме как: Джой.

Постепенно, словно запоздалые послания, появились чувства. Беспокойство. Возбуждение. Счастье. Они заполнили его всего до отказа.

Однако, когда он открывал дверь своей квартиры, ему на ум пришло еще кое-что другое. Как Джой назвала его в присутствии своей матери? Бедный юноша. Вот кем являлся он в ее глазах. Только поэтому она его и обняла. Действительно ли он был для нее всего лишь бедным юношей?

До дома номер восемь оставалось всего лишь несколько домов. Джой замедлила шаг. Какое счастье, что вчера вечером Саша забыл конверт с адресом Алины. Название улицы сразу показалось ей знакомым, и память ее не подвела, искомая улица действительно находилась на расстоянии одной остановки трамвая от ее школы. Таким образом, она могла без проблем нанести визит родителям Алины во время большой перемены, а потом удивить Сашу, сообщив ему результат. Но что она должна сказать? Лучше всего, если она назовется подругой Алины, которая случайно оказалась поблизости.

Наверное, дело сорвется, подумала она, оказавшись перед нужным домом. Это был типичный секционный дом с газоном в палисаднике, который пересекала мощеная дорожка. Она заметила, что в одном из окон кто-то стоял, однако этот человек тотчас отступил в глубину комнаты, когда она посмотрела в его сторону. Джой нажала вниз ручку садовой калитки, скрип которой прозвучал как последнее предупреждение. Она решительно направилась по дорожке к входной двери и позвонила. Все ее тело было наполнено мощным грохотом и пульсацией.

Прошло десять секунд, двадцать, тридцать — никакого движения в доме. Стоит ли позвонить еще раз? Или это было бы уже слишком назойливо? Пока она боролась с сомнениями, дверь распахнулась. Перед ней стоял молодой человек, которому на вид было лет двадцать и который показался ей довольно привлекательным, хотя он и выглядел весьма неухоженным. Его короткие взъерошенные светлые волосы торчали во все стороны, и он не брился как минимум уже дня три-четыре. По его лицу было видно, что сейчас он переживал не самые лучшие времена.

— Да? — спросил он.

Кем бы он ни был — Джой предположила, что он брат Алины, — она не решилась нести всякую околесицу относительно себя.

— Я пришла из-за Алины, — намеренно туманно заявила она. — Я хотела бы задать несколько вопросов. Ах да, меня зовут Джой.

Казалось, парень раздумывал, не послать ли ее подальше. Но в конце концов он сказал:

— О’кей, но в дом мы не можем войти. Мои родители не выносят чужих в доме. Подожди, я возьму куртку.

Минуту спустя он вернулся.

— Скорее прочь отсюда. Кстати, я Бруно. Брат Алины. А ты? Подругой Алины ты быть не можешь. Насколько я знаю, у Алины не было подруг.