Книга Умри тихо, мой ангел, страница 135 – Андреас Гётц

Джой помедлила, прежде чем тихим голосом заметила:

— Но тем не менее вы не остались вместе.

— Это не зависело от нашей любви.

— А от чего же?

— От нас самих. Твой отец никогда бы не остался жить здесь, в Германии. И он особенно не настаивал на том, чтобы я поехала с ним в Штаты. В качестве единственной белой в городском районе, где проживали исключительно чернокожие. Да я и сама этого не хотела. Возможно, нам не хватило мужества. Нам обоим. Но от него у меня осталось нечто очень красивое. — Ее мать радостно улыбнулась, наклонилась вперед и откинула с ее лица прядь волос. — А почему, собственно говоря, ты спрашиваешь об этом?

— Просто так.

— Так это случайно не связано с определенным молодым человеком? С юношей, который проживает по соседству?

Джой рассмеялась, но ей и самой было ясно, что ее смех прозвучал неестественно.

— Ты имеешь в виду Сашу? Нет… нет… Почему ты так решила?..

— Ну, ладно. Я просто подумала…

Ее мать встала и вернулась к своим контрольным работам.

Джой не могла сказать ей ничего определенного. Не могла, пока сама не разобралась, что же с ней происходило.

Она тоже встала с дивана и направилась к двери, но там остановилась и сказала, полуобернувшись:

— Мне надо как-нибудь снова позвонить папе.

— Позвони, дорогая, позвони. Он наверняка обрадуется.

И этим вечером его мать вернулась домой поздно. Ожидая ее, Саша сидел как на иголках. Когда он, наконец, услышал, как открылась входная дверь, то не мог усидеть на месте, а сразу же поспешил ей навстречу. Она выглядела довольно усталой.

— Привет, — сказал он. — У меня есть суп. Вкусный картофельный суп, который ты так любишь.

Она улыбнулась и сбросила ботинки, даже не развязывая шнурки. Хотя она сама постоянно критиковала его за то же самое, он ничего не сказал, а пошел вперед на кухню, где сразу включил конфорку, на которой уже стояла кастрюля с супом.

— Кошмарный день, — услышал он голос своей матери за спиной.

— Почему? Я думал, вы нашли этого Мирко.

Саша постарался, чтобы это замечание прозвучало как бы между прочим.

— Да. Но мертвым. В таких случаях всегда остается нехорошее чувство. Кроме того…

Она запнулась на полуслове, так и не закончив фразу.

Он полуобернулся к ней.

— Что?

— Ничего.

Она снова вышла из кухни, и Саша услышал, как она возилась в ванной. Он поставил на стол две та-редки и отрезал несколько ломтиков хлеба. Как раз в тот момент, когда суп начал кипеть, его мать снова появилась на кухне в удобных легинсах. Она обессиленно опустилась на один из стульев.

— Массаж?

— После. Сначала суп. Ммм, он так вкусно пахнет. Ты слышишь, как урчит мой желудок? Он радуется.

Он тоже услышал это. По-видимому, она опять целый день почти ничего не ела.

Поставив кастрюлю на стол, он сначала наполнил ее тарелку, потом свою. Они молча ложка за ложкой уплетали горячий суп, при каждом глотке его мать даже постанывала от удовольствия.

— Все еще никаких следов Андроша? — спросил он между двумя глотками.

Его мать бросила на него быстрый взгляд и сказала:

— Нет, — и тотчас потянулась за новой ложкой супа.

— А этот Мирко не мог его?..

Она лишь покачала головой.

Что это значит? Она не верила, что Мирко стоял за исчезновением своего отца? А он-то думал, что полиция была убеждена в этом. По меньшей мере, так было написано в заключениях экспертов, которые повсюду цитировались.