Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 146 – Пё Чанвон

Чон Угюн в плане собственной безопасности полагался на Сон Убина – выходца из «Дома Боско», который был правой рукой – точнее, кулаком – Угюна еще со времен средней школы. Именно Сон Убин – и охранники увеселительного заведения, которым он управлял, – осуществляли охрану Угюна. И Угюн бы не хотел, чтобы люди Джона, Гёндока – да кого угодно, кроме Убина, – вторгались в его личное пространство. Чон Хисон, впрочем, приказала Ли Гёндоку приставить к Угюну команду охраны так, чтобы он об этом не догадался, – и следить за ним издалека.

Пастор Ко Ильмин, обратившийся было к Чон Санхвану за помощью в поисках сына, поплатился за это – теперь с легкой руки «JYГруп» о пропаже его сына знали все, еще и в СМИ циркулировали бесчисленные слухи о нем. Пастор был в ярости. Он был уверен, что, если будет терпеть это молча и сидеть сложа руки, «JYГруп» не будут торопиться с поисками его сына, а все эти слухи вокруг его личности только укрепятся и затруднят поиски Майкла. Так что он решил действовать самостоятельно – попытаться ускорить розыск полицией через Ли Мэка, а также поручить негласно поиски сына пяти сотрудникам, отвечающим за безопасность в «IMGПлэннинг». Наконец, он решил провести контратаку и использовать против депутата Чон Санхвана свой туз в рукаве.

Этим тузом в рукаве была аудиозапись. Привычка записывать на телефон разговоры выработалась у пастора в качестве защитного механизма – ему было не впервой сталкиваться с различными доносами, жалобами и судебными исками. В одной из подобных записей было и первое совещание по ответным мерам «JYГруп». Ко Ильмин не доверял СМИ – ведь они были под контролем крупнейшего рекламодателя, «JYГруп», – и действовал по принципу «враг моего врага – мой друг». С помощью одного из сотрудников он зарегистрировался на сайте «ОВ» и выложил там эту самую разоблачающую аудиозапись. Хоть он и заглушил моменты аудиозаписи, где упоминались конкретные имена участников, не оставляло сомнений в том, что это было совещание «JYГруп», а среди его участников присутствовали высшее руководство корпорации, главный прокурор, комиссар полиции, главные редакторы СМИ, пастор и известный профессор, часто появляющийся на телевидении.

На записи была та часть совещания, на которой Чон Санхван уже не присутствовал. Посыл Ко Ильмина был ясен – не прекрати Чон Санхван распространять клевету на пастора и предпринимать меры для поиска его сына, как будет опубликован и другой фрагмент записи, и тогда станет ясно, что и сам Чон Санхван во всем этом замешан, а имена присутствующих будут обнародованы. Результаты не заставили себя долго ждать.

От Чон Санхвана поступило предложение встретиться. Чтобы и в этот раз никакие разговоры не были записаны, Чон Санхван и Ко Ильмин встретились в сауне: оба были в чем мать родила. После этой встречи разоблачающий пост исчез с сайта «ОВ», а тем, кто продолжал упоминать аудиозапись в связке с «JYГруп» в социальных сетях, пришли повестки в суд – и все записи подобного рода и комментарии начали удаляться со скоростью света. Вместе с этим заметно поубавилось и количество статей, посвященных пастору, – вместо них появилось множество материалов, обличающих вред так называемых фейков. Профессору Ли Чундо, приложившему руку к распространению клеветы в адрес пастора, пришлось быстро переобуться – он несколько раз выступил на телевидении с заявлениями, что ни одно из обвинений против пастора Ко Ильмина не соответствует действительности. При этом он подчеркнул, что с самого начала утверждал, что преступник – сумасшедший маньяк, и призвал всех объединить усилия, чтобы как можно скорее его поймать.