Книга Палач, страница 82 – Юлия Захарова, Виктория Алекс

— Вы не можете просто взять и уехать, – сказала Марина. Она старалась говорить спокойно, но в голосе уже прорезались металлические нотки.

— Это еще почему? – Клюев резко повернулся к ней, в глазах вспыхнул гнев. – Я разве под подозрением? Мне предъявили какие-то обвинения? Я под подпиской о невыезде?

— Нет, – вмешался Илья, делая шаг вперед. – Но погибли ваши друзья. Вы могли бы помочь следствию.

— Вот именно! – еще сильнее занервничал Клюев. – Они погибли! А я еще жив. Но это вопрос времени. Если я останусь, конечно…. Искать убийцу – ваша работа. А я предпочитаю перебраться от него на безопасное расстояние. Прошу понять меня.

— Мы понимаем, – кивнула Марина. – Защитить себя и свою семью, естественное желание. Но, Владимир Викторович, пока вы не уехали… Может быть вы ответите на наши вопросы?

Клюев усмехнулся, дернул плечом.

— Какие еще вопросы?

Марина шагнула ближе. Она чувствовала, что Клюев на взводе, что он вот-вот сорвется, и это был их единственный шанс. Она заговорила быстро, четко, не давая ему уйти от разговора:

— Мы нашли в финансовых отчетах компании Бармина странные счета. «Прочие медицинские услуги». Огромные суммы. Такие, что просто не могут быть случайными. Вам об этом что-нибудь известно?

Клюев замер на мгновение. Он стоял неподвижно, и на его лице мелькнуло выражение, которое Марина видела уже не раз – тот самый момент, когда человек понимает, что его раскусили. Он сжал челюсти, на мгновение его взгляд заметался по комнате, но потом он взял себя в руки.

— Я не знаю, о чем вы говорите, – сказал он, отводя глаза. – Какие медицинские счета?

— Не надо, Владимир Викторович, – Марина чувствовала, как внутри закипает злость. – Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. И вы знаете, за что убивают ваших друзей. Вы ведь хотели нам все рассказать! Когда приходили в участок.

Клюев молчал. Он смотрел в окно, и его руки, сжатые в кулаки, слегка дрожали.

— Ну же, – в голосе Марины появилась мольба. – Расскажите все, что знаете. Вы же не хотите, чтобы вас постигла та же учесть, что и ваших друзей?

Клюев вздрогнул, зажмурился, и Марина увидела, как его лицо искажается от внутренней борьбы. Он стоял так несколько секунд, потом открыл глаза, и в них полыхнула злоба.

— Я не знаю ни о каких счетах, – сказал он, и голос его стал холодным, резким. – И я не знаю, за что их убивают. Вы – следователи. Это ваша работа – искать убийцу. Вот и ищите. А я улетаю и не хочу становиться следующей жертвой. Разговор окончен! Уходите!

— Но вы же...

— Я сказал, что не знаю! – рявкнул Клюев. Он шагнул к Марине, и она невольно отступила на шаг. – Вы слышали? Не знаю! Вон из моего дома!

Он развернулся и пошел в спальню.

Илья шагнул вперед, сделал последнюю попытку:

— Владимир Викторович, поймите. Если бы вы сказали нам правду, мы бы смогли быстрее вычислить убийцу. И тогда вам не пришлось бы бежать. Нам нужна хоть какая-то зацепка!

Клюев замер на пороге спальни. Он стоял спиной к ним несколько секунд, потом медленно обернулся. На его лице застыла горькая, злая усмешка.

— Это уже не моя проблема, – сказал он. – Шапиро все заварил. Пусть он и расхлебывает. Я умываю руки.

Он скрылся в спальне, и через секунду оттуда донесся звук выдвигаемых ящиков.

Марина посмотрела на Илью. Тот стоял, сжав челюсти, и в его глазах читалась смесь разочарования и злости. Она покачала головой, взяла напарника под руку и развернула к выходу.