Книга Люди за спиной. Том 2, страница 64 – Александра Маринина

Настя облегченно вздохнула. Слава богу, Третьякова сама заговорила о журналистах, не придется искать тонкий повод, чтобы задать вопрос. Анастасия Каменская – частный детектив, разыскивающий Галину Сташевскую. При чем тут журналисты? Как объяснить свой интерес к ним?

— А что от вас хотел журналист? – спросила она с самым невинным видом.

— Он писал статью о том, как Коля добился справедливого возмездия убийце нашей дочери. Он не знал, что Коля здесь не живет, но сказал, что обязательно найдет его и тоже возьмет интервью. Я ему сказала, что Коля в Верейске, я ведь не знала, что он оттуда переехал в другую область. Интересно, успел журналист его найти или нет… Вы, наверное, знаете, что Колю тоже убили? – Голос Ольги предательски дрогнул.

Настя кивнула.

— Да, знаю. Преступника нашли?

— Нет, иначе мне бы сказали. Меня же признали потерпевшей, мы с Колей официально не разводились, так что по закону я – жена, то есть вдова. Они обязаны поставить меня в известность, если кому-то предъявят обвинение и отдадут под суд, мне так следователь объяснял еще тогда… тогда, когда Катюшу… Потом, когда Колю убили, ко мне несколько раз приезжали, задавали вопросы. Следователь был хороший, внимательный, очень подробно мне все объяснил про мои права, про то, какой у них порядок. С Катюшей все было не так, следователь совсем молоденький, какой-то бестолковый, все торопился куда-то, вопросы задавал, а ответы слушал невнимательно.

— Шахрай?

— Что? – переспросила Третьякова, чуть сдвинув брови.

— Фамилия того следователя – Шахрай? Виталий Андреевич?

— А… да, его так звали. Он тогда заверил меня, что, как только убийцу найдут, мне сразу же сообщат. Я все ждала, ждала…

Лицо Ольги исказилось в гримасе боли. Эти раны никогда не заживают, они могут только немного затягиваться поверху. Настя осторожно положила ладонь на пальцы Ольги, лежащие поверх пледа.

— Я поняла, – тихо проговорила она. – Этот журналист расспрашивал вас о муже? Или о дочери?

— Обо всем. И о Катюше, и о Коле, и даже обо мне. Говорил, что хочет как можно подробнее изучить Колин характер и образ мысли, чтобы рассказ получился достоверным. Знаете, как он сказал? «Чтобы лучше понять человека, нужно обязательно глубоко изучить тех, кого он любил и рядом с кем жил». Поэтому про меня он тоже очень подробно расспрашивал.

— Хороший журналист, – одобрительно сказала Настя, – очень профессиональный. Побольше бы таких.

— Да, приятный человек, вежливый, обаятельный. По моим меркам – молодой, мне показалось, ему лет тридцать. Когда он только появился, я подумала, что разговора у нас не получится, слишком зеленый, будет какие-нибудь пошлые глупости спрашивать. А он, знаете, как-то быстро расположил меня к себе. Умный мальчик. – Ольга негромко рассмеялась. – Ну, с высоты моего полтинника он, конечно, казался мальчиком.

— Безусым юнцом? – Настя тоже засмеялась.

— Он был с бородой и усами, – улыбнулась в ответ Третьякова. – И я поняла, что он очень молод и хочет придать себе солидности.

Настя поднялась с кресла.

— Давайте я сделаю чай. Вам нужно больше горячего питья. Да и мне не помешает. Не возражаете, если я похозяйничаю у вас на кухне? У вас есть мед и лимон?

— Спасибо, все есть, мед в шкафу, лимон в холодильнике, – с благодарностью ответила Ольга и тут же прикрыла глаза.