Книга Спасти СССР, страница 92 – Николай Марчук

Вслед за грузовиком прибежали несколько солдат, увешанных оружием. Похоже, Мишу перехватили по дороге, избили, возможно, пытали, он и рассказал, кто я такой.

— Рассредоточились! – приказал я. – Двое на колокольню, там пулик целый! Бегом-м!!! – рявкнул я, заскакивая обратно внутрь церкви.

— Советский?! – громко выкрикнул мужик с пистолетом. – Выходи или я убью твоего слугу! Я знаю, что ты тут!

— Если с головы Миши упадет хоть один волос, я отрежу тебе яйца! – крикнул я в ответ. – Сдавайтесь! Только так у вас есть шанс выжить! Я вам денег дам за сдачу в плен!

— Так это ты моих людей перекупаешь?! – взревел мужик.

Мобуту?! Это что, он? Мужик в кузове – беглый президент Заира Мобуту Сесе Секо! А ведь я его узнал только по голосу. Где его знаменитая леопардовая пилотка? Где фирменный китель а-ля Мао Цзэдун? Морда, заросшая многодневной щетиной, нет былого лоска и спеси, свойственной «вечному» президенту Заира. Как там его по батюшке полностью? Мобуту Сесе Секо Куку Нгбенду ва за Банга кажется, что в переводе на русский означает: «Всемогущий воин благодаря своей стойкости, выносливости и воле к победе будет идти от одного завоевания к другому, оставляя после себя огонь». А сейчас кто перед мной? Загнанный, перепуганный, да еще и ужратый в хлам старпер!

— Сдавайтесь и отпустите моего человека! – крикнул я. – Больше предлагать не буду!

— Я его сейчас застрелю!!! – Мобуту тычет стволом пистолета в затылок Миши.

Я пытаюсь целиться, но заирские вояки начали стрелять по зданию церкви, где мы прячемся. Пули стегают стены, откалывая куски штукатурки, летят стекла, рикошеты свистят в разные стороны.

— Господин! Прощайте!!! – слышу сквозь грохот стрельбы знакомый голос Мишеля.

Выглядываю наружу и вижу, как Миша низко пригибается к своим ногам, потом резко выпрямляется, у него в руках гладкое яйцо ручной гранаты, он поднимает руки над головой, рвет чеку…

Ба-бах!

Близкий взрыв сбивает Мобуту с ног, а тело Миши сбрасывает с грузовика на гладкие камни брусчатки.

— А-а-а!!! – громко ору я, кидаясь в атаку, вперед, на пули заирских солдат. – А-а-а!!!

Мой АКМ бьет короткими очередями, точными, злыми очередями! Мои барбосы бросились вслед за мной, сверху заработал трофейный пулемет и еще один автомат. Охрана Мобуту не дрогнула и не отступила, рванув нам навстречу, «леопарды» оказались хоть и драными кошками, но со стальными яйцами в штанах. Пули в магазине АКМ закончились, затвор сухо клацнул.

Встречные потоки раскаленного свинца косили «леопардов» и моих «барбосов», не жалея никого, длинным автоматным очередям плевать, кто прав, кто виноват, свинцу на все плевать, он прошивает насквозь любую преграду, кроме брони или железобетона.

Схлестнулись, сошлись стенка на стенку – их четверо, а я один. Ударом приклада автомата вырубил одного, тут же пропустил встречный удар в ухо, отшатнулся, пропустил еще один, пригнулся, принял вражеский выпад мачете на автоматное цевье, парировал, ткнул в ответ раскаленным стволом в раззявленную в крике пасть, выбивая крепкие, белые зубы. Получил по лбу чем-то твердым, кровь тут же залила глаза.

Завертелась мясорубка рукопашной схватки!

Пропустил еще один удар, блокировал, поймал, звезданул прикладом в ответ. Автомат отлетел в сторону, мощный удар ногой сбил меня, я плюхнулся на задницу, выдернул из кобуры пистолет и тут же открыл огонь, не видя цели, глаза заливала кровь из рассеченного лба. Стрелял на звук, полагаясь на свое звериное чутье, обостренное долгими годами войны.