Книга Спасти СССР, страница 48 – Николай Марчук

Помимо «заповедей» был еще и кодекс ЧВК, где подробно расписывались правила поведения. Вроде Боевого Устава вооруженных сил, только с определенной спецификой, где каждый пункт заточен под эффективность выполнения поставленной задачи.

Девятого сентября началось наступление на город Бома. Причем началось оно не совсем стандартно, сперва были отпущены все военнопленные солдаты Заира. Некоторые из пленных заирцев не пожелали возвращаться в Заир, а захотели остаться в СРК. Из трех тысяч заирских солдат, которые были у нас в плену, ранним утром 9 сентября в сторону города Бома ушло две с половиной тысячи. Пятьсот заирцев предпочли остаться с нами, большая часть из них были выходцами из правобережной части провинции Нижнее Конго, то есть той ее части, которая должна было после победы Кабинды перейти под контроль СРК.

— Командант, а мы не делаем большую ошибку, отпуская пленных? – осторожно спросил Паспарту.

Осторожность моего первого «апостола» была вызвана моим дурным настроением, я никак не мог успокоиться из-за переживаний по поводу судьбы Бьянки. Где моя любимая, что с ней? Честно говоря, очень хотелось все бросить и мчаться в Заир, где попытаться среди джунглей вокруг военного аэродрома отыскать следы разведгруппы «Бабочка». Но я стискивал зубы и кричал от боли внутри себя, внешне стараясь быть спокойным и рассудительным. Дрогну и сейчас дам слабину, дрогнут и мои верные «апостолы», а за ними и все «Вольные стрелки» развалятся.

— Нет, Паспарту не делаем, – ответил я, обведя внимательным взглядом всех присутствующих в комнате. – У нас по суди нет иного выхода. Что нам делать с пленными? Для их содержания нет ни сил, ни возможностей. Их же надо чем-то кормить, где-то содержать, как-то охранять. Если для охраны привлечь не обстрелянных кабиндцев из недавно сформированных отрядов, то высок шанс, что те будут издеваться над пленными, потому что у многих есть родственники или друзья среди погибших во время авиаударов. Тогда возможен бунт и массовый побег. Опять же их надо чем-то кормить. А у нас и так не шее повисли жители Моанды. Что делать с пленными? Проще, конечно, расстрелять, но представь, что среди пленных будущий президент Заира, который благодаря нам вернется живым на родину, возглавит оппозиционную партию, а потом займет место Мобуту Сесе Секо.

— Как по мне, то очень маленькая вероятность, что среди этих оборванцев кто-то станет президентом Заира, – пожал плечами Паспарту.

— Правильно, – кивнул я, – сами по себе президенты не появляются. Их надо вырастить, выкормить, обучить и посадить в президентское кресло, да, товарищ президент, – выделив голосом слово «президент», намекнул я Паспарту, кем он был до встречи со мной.

— Я понял вас, учитель, – кивнул Паспарту, поняв мой намек, – но не правильнее ли этих людей оставить у нас, поработать пока с ними, внушить наши идеи, а после окончания боев уже подготовленных отпустить в Заир? – выдал весьма дельную мысль Паспарту.

— Правильнее, но у нас нет должного количества специалистов, чтобы одновременно работать с такой людской массой, поэтому мы их сейчас отпустим.

— Так они же, когда дойдут до Бомы, их опять поставят «под ружье» – дадут в руки автоматы и отправят воевать против нас, – настаивал на своем Паспарту.