Книга Попаданка-врач: Нелюбимая жена хозяина завода!, страница 52 – Инесса Голд

— Если есть, я осмотрю, - ответила я.

— Вы еще и врача привели для своей паники.

— Я врач завода.

Герман передал председателю протокол вчерашнего разрушения и заключение Соломина.

— Мост не принят. Временные подпорки стоят. Вчера ферма лопнула на уменьшенной нагрузке.

Фрол покачал головой.

— Разрушилась дефектная накладка. Ее заменили ночью. Опоры не сняли только из осторожности.

— Ваши люди уже выбивали клинья, - сказала я.

— Так положено перед испытанием собственным весом.

— Пассажирский поезд не испытательный груз, - заметил один из инженеров комиссии.

Толпа теснилась ближе. Им нужны были не документы, а понятный ответ, почему поезд не идет.

— Пустите хотя бы локомотив! - крикнули с насыпи.

— Если выдержит, поедем!

Председатель комиссии не хотел принимать решение под крики. Он осмотрел мост издали, поговорил с инженерами и предложил контроль без людей.

Последний багажный вагон в составе был пуст. Его отцепили, заводской локомотив подал вагон к мосту на длинном тросе. Машинист и рабочие оставались за опорой. На вагоне не было ни человека, ни груза, только тормозную цепь закрепили так, чтобы остановить его лебедкой.

— Пустой вагон легче пассажирского, - сказал Бестужев. - Если пройдет, прекратим это представление.

— Если пройдет, мост все равно требует полной проверки, - ответил Герман.

Вагон покатился на береговой пролет. Первые колеса миновали стык. Деревянные клетки под фермой пока принимали часть веса.

Фрол дал знак выбить последний клин.

— Не трогать! - одновременно сказали Герман и председатель комиссии.

Рабочий отскочил.

Вагон дошел до середины. Металл под ним щелкнул. Звук был негромким, почти бытовым, будто лопнула толстая ветка.

На нижнем поясе открылась трещина. Она прошла от заклепки к краю балки, и ферма осела на деревянную клетку. Вагон накренился, но удержался.

Люди у насыпи перестали кричать.

Инженеры бросились к излому. Председатель комиссии приказал никого не подпускать к мосту и выставить охрану с обеих сторон. Бестужев смотрел на пустой вагон так, будто тот нарушил соглашение.

— Движение приостановить до полной экспертизы, - сказал председатель секретарю. - Подпорки не разбирать.

Герман опустил фонарь.

— Значит, приказ принят?

— Движение остановлено решением комиссии, - сухо ответил председатель. - Ваш самовольный перевод пассажирского состава будет рассмотрен отдельно. Правление требует возбудить дело о срыве государственного заказа и угрозе пассажирам.

Бестужев поправил меховой воротник.

— За простой, господин Корженевский, придется заплатить. Даже если мост оказался хуже ваших обещаний.

Председатель посмотрел на трещину под пустым вагоном.

— Сначала установим, кто и что здесь обещал. Поезд сегодня дальше не пойдет.

Назначение Родиона Артемьева уместилось на половине листа и заняло у комиссии почти сутки.

«Для независимого наблюдения за лечением пострадавших и сохранностью медицинских документов», - прочитал он. - За лечением, значит, наблюдать можно. Лечить не написано.

— Тогда стойте у двери и смотрите, - сказала Ульяна. - Только проход не загораживайте.

Родион сложил бумагу.

— А если больной помрет от недостатка наблюдения?

— От вас пока никто не помер. Не портите счет.

Она выдала ему чистый халат и таз для рук. Комиссионное назначение не изменило ее представлений о порядке в лечебнице.