Книга Лучшая бабушка. Империя Железной леди, страница 157 – Арина Теплова

— Я правда раскаиваюсь, — с мягкой интонацией произнес он и ласково улыбнулся, сложив руки на груди в замок.

— Не верю я вам, несносный вы человек, — уже более благодушно сказала Клавдия и тоже улыбнулась ему. — Но так и быть, я прощаю вас.

— Ух ты! Благодарю, — довольно заявил Петр, подходя ближе к молодой женщине. — Я говорил вам, Клавдия Михайловна, что у вас большое всепрощающее сердце и милая улыбка?

— К чему эти комплименты? Что вы задумали, Ростопчин?

— Задумал? С чего вы взяли?

— Я не такая дура, как все думают. И чувствую, что вам что-то надо от меня.

— Ну, дурой я вас никогда и не считал. Да, коварной и хитрой лисой — это да, умеющей разжалобить кого угодно или выпросить то, что нужно, но только не дурой.

Он снова улыбнулся. И, заглянув в текст, что набирала молодая женщина на печатной машинке, помрачнел.

— Да. Анюта попросила напечатать ей сто штук приглашений на свадьбу. Приклеит их потом на карточки, что она прикупила для венчания, — едко объяснила Клавдия, желая позлить его. — Но вас, наверное, это не интересует.

Конечно же, они оба знали, что Петра это интересует, и довольно остро, а точнее, болезненно. Однако Ростопчин сдержался и даже не стал говорить грубости на ее ехидство и только тихо заметил:

— Хорошо, хоть машинку Нины Георгиевны забрали из ремонтной мастерской.

— Дак старую вы же забрали, для своих «улик». Или я не так все поняла?

— Так.

Клавдия опять отвернулась к машинке и начала снова стучать изящными пальчиками по клавишам, ожидая, что Ростопчин уйдет. Но он не уходил, а как-то упорно стоял позади молодой женщины и молчал. Уже через пять минут, не выдержав, Клавдия снова развернулась к нему и настойчиво попросила:

— Говорите, что вам надобно, Петр Алексеевич! Хватит стоять за моей спиной и сверлить меня взглядом. И думать обо мне невесть что.

— Да, собственно, мне ничего не надо от вас, — начал как-то неуверенно Петр, что было удивительно. Он всегда говорил твердо и был уверен в своих словах. — Вот только...

— Только?

— А что, если нам обручиться? — неожиданно спросил он.

Услышав это, Клавдия на миг замерла, удивленно уставилась на молодого человека, думая, что ослышалась.

— Нам с вами? — пораженно спросила она.

— Да. Нам с вами, Клавдия Михайловна. Обещаю вести себя как паинька и даже не буду вас дразнить.

Он вдруг широко улыбнулся, но его глаза остались холодны. Клавдия приподняла красивую бровь и с вызовом спросила:

— Шутить изволите, Петр Алексеевич?

— И вовсе нет.

— Значит, пришли поиздеваться. А я-то думала, вы действительно раскаиваетесь за то, что так нагло поцеловали меня в тот раз.

— Да, искренне я говорю. Правда. Поверьте мне. И за поцелуй не раскаиваюсь, а только за то, что повод был неподходящий.

— Да-да. Как будто я не знаю, вы на дух меня не переносите, как, впрочем, и я вас.

— Вот! Прекрасный повод объявить фиктивную помолвку!

— Бред…

— Смотрите, Клавдия Михайловна, Аня нас уже застукала в компрометирующей обстановке, так что особо делать ничего и не надо. Просто объявим всем, что поженимся через полгода, и все. Но жениться и не обязательно. Просто будем сужеными у всех на виду.

— Хотите позлить Анну?

— Да.

Он снова улыбнулся.

— Ясно. А для этого спектакля нужна вам я. Как та самая актерка-кукла, которой вы меня в прошлый раз обозвали.