Книга Вип персона, страница 88 – Соня Рыжая

Слышу, как он расстегивает ширинку, и вдруг что-то твердое, но в то же время мягкое и теплое касается внутренней части моих бедер. Перекрытый доступ кислорода делает свое дело. Перед глазами все расплывается, а танец черных пятен все четче. Пытаюсь закричать и сопротивляться решительнее, паникуя еще сильнее.

— Давно хотел укротить эту бабочку, - ехидствует он у меня над ухом, его дыхание горячее и мерзкое вызывает приступ тошноты, следом облизывает позвоночник, где набита тату, от чего становиться еще отвратнее. - Я знаю, кто был у тебя первым, и очень жалею, что отдал тебя ему. Ты хочешь знать кто он? Ведь об этом ты просила там в лифте, а Шмель не признался я так понял. Скажу если будешь послушной девочкой.

Нет. Не хочу. Вы все уроды.

Я не могу остановить происходящее. Единственное, сейчас трудно принять - что будет с моей девочкой. От этих мыслей последний прилив злости дает сил резко вскинуть голову и поломать ублюдку нос, но он не отпускает, сдавливает горло, и чувствую легкость. Моя душа покидает тело?

Вокруг сплошной туман, все исчезает совершенно внезапно, и я теряюсь в облаках, вдыхая сладостный прохладный воздух. Слышу звуки вокруг. Сильные удары. Стоны от боли. Рычание, маты. Этого не может быть, на том свете разве ругаются так.

Корчусь от боли и хватаю ртом воздух, чувствуя пульсирование в голове, прихожу в себя. Тот же рисунок кафеля, душевая, я размазанная по полу.

Ловлю такой желанный голос где-то надо мной:

— Твою мать! Б..дь. Б..дь!...... Женька? Милая, приди в себя, - это Эд уговаривает меня посмотреть ему в глаза. - Господи, как же так? Матвеев, ты покойник!

Не могу издать ни звука, пытаюсь дышать, но от боли в горле не могу сказать ни слова.

— Ш-ш-ш-ш. Все хорошо. Это я. Малыш. Я здесь. Ты в порядке, - он берет меня за спину и легко поднимает на руки, усаживает на табурет. - Я надену на тебя свою одежду, хорошо?

Киваю. Почувствовав, как нежные руки Эда прикасаются ко мне, не сопротивляюсь. Он натягивает обратно мои штаны, одевает на меня свой хлопковый джемпер от Армани, услышав стон рядом, опять кидается с кулаками на моего обидчика.

— Ах, ты сука! Кость, да я тебя, сейчас в ад отправлю. Тебе там самое место. Земля избавиться от еб…го червя. - Рычит мой спаситель-принц. Приятно знать, что есть, кому нас защитить.

— Эд, прошу не надо, сидеть за решоткой даже час из-за этого ублюдка не стоит. - Хриплю сквозь всхлипы.

Снова всхлипываю, и ладонь Шмелева гладит мою щеку, стирая горячие слезы и кровь.

— Все хорошо, милая. С тобой все в порядке? Тебе надо умыться и поедем к врачу, тебе надо снять побои.

Голова пульсирует, и я чувствую, как головокружение нарастает, двоиться в глазах.

— Голова, - издаю я невнятный стон, и проваливаюсь в мрачный туннель, по которому пять лет бежала и не могла спасти себя, а сейчас в конце виден свет, который сделает нас с дочкой счастливыми.

Последнее что слышу, как ругается Эд, и рада, что именно он спас меня.

Прихожу в себя, осматриваюсь, незнакомая комната, больше похожая на палату, но вип класса. В руке капельница, на столике в вазе букет из ромашек, за окном ночь. Шмелев сидит у дальней стены на диване, что-то бормочет в телефон.

— Кусок дерьма... да, я его отделал... Успел вовремя… С ней все в порядке уже. Я не знаю, Матвей, возможно... Можешь все уладить, окей? Понял. До завтра.