Книга Арс. Между кровью и любовью, страница 22 – Мая Фролова

— Хорошо.

Тимур улыбнулся не сразу.

Сначала будто убедился, что услышал правильно.

Потом уголок губ всё-таки поднялся.

— Пятница?

— Посмотрим.

— Нет. Вот это уже нечестно.

Я рассмеялась.

— Ты сам сказал, что я не обязана соглашаться.

— На свидание ты уже согласилась. Теперь торгуешься по дням.

— Именно.

Он покачал головой.

— Хорошо. Завтра напишу.

Я потянулась к двери.

Перед тем как выйти, обернулась.

— И плечо всё-таки побереги.

Тимур посмотрел на меня с усмешкой.

— Вот теперь узнаю будущего хирурга.

— Нет. Будущий хирург сказал бы значительно больше.

Я закрыла дверь раньше, чем он успел ответить.

До дома дошла, чувствуя его взгляд спиной.

Уже возле входа обернулась.

Машина всё ещё стояла.

Тимур ждал.

Только когда я открыла дверь дома, он уехал.

Я осталась в прихожей и несколько секунд просто смотрела в темноту за стеклом.

Неделю назад я была абсолютно уверена, что больше никогда его не увижу.

Сегодня согласилась на свидание.

И почему-то больше всего меня тревожило не то, что Тимур Арсенов явно был человеком с очень непростой жизнью.

А то, что мне пока совсем не хотелось узнавать, насколько непростой.

Мне хотелось сначала узнать его самого.

Тимур

Я написал Еве на следующий день ближе к обеду.

Не потому, что специально выжидал.

Просто с утра пришлось разбираться с одним из клубов, потом ехать к отцу, а после слушать Севера, который с абсолютно серьёзным лицом пытался убедить меня, что Денис Лапин из прошлой ночи больше испугался не меня, а перспективы потерять заработок.

Чушь.

Я видел его лицо.

Заработок там стоял далеко не на первом месте.

Человек, через которого Лапин получил машину, пока пропал. Телефон отключён, дома не появлялся, по обычным местам его тоже не нашли. Ничего удивительного. Если он уже услышал, что Арсеновы добрались до Дениса, оставаться в Риге было бы очень смелым решением.

Или очень тупым.

Но этим занимался Север.

У меня к вечеру были другие планы.

Я открыл переписку с Евой и несколько секунд смотрел на пустое поле.

Можно было позвонить.

Передумал.

Она училась, могла быть на практике.

Написал нормально: предложил пятницу, семь вечера и ресторан, который не принадлежал нашей семье.

Ответ пришёл минут через пятнадцать.

Пятница ей подходила.

Следом она добавила, что может приехать сама.

Вот здесь я задержался.

Конечно, может.

У неё каким-то образом любое моё обычное действие сразу превращалось в вопрос независимости.

Я написал, что заберу её.

Она ответила, что в этом нет необходимости.

Я уже собирался напечатать, что необходимость определю сам, но вовремя остановился.

Ева раздражалась не потому, что не хотела меня видеть.

Её бесило, когда решение ей просто сообщали.

Разница была.

Пусть небольшая, но я начал её замечать.

Поэтому стёр первую фразу и написал иначе: мне хочется заехать за ней самому, если она не против.

Несколько секунд смотрел на экран и чувствовал себя идиотом.

Север, увидев моё лицо, сразу заинтересовался.

— Что такое? Неужели ресторан закрылся?

Я заблокировал телефон.

— Работай.

— Работаю. Просто впервые вижу, как ты так долго составляешь одно сообщение.

— Ещё слово — и будешь работать без зубов.

Артур усмехнулся и вернулся к ноутбуку.

Телефон завибрировал.

Ева согласилась.

Я не стал показывать Северу, что настроение мгновенно улучшилось.