Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 278 – Лана Муар

— Мама, что случилось? Только не ври.

Она отвела глаза, и я, боясь услышать правду, сжал кулаки. И лишь прочитав по ее губам ответ, услышал вой, рвущий мою душу и сердце в клочья.

Если бы мне предложили отдать свою душу за одну минуту. Если бы предложили умереть, но подарили взамен возможность подхватить, я бы согласился и успел. Я бы точно успел. Я бы отдал все, чтобы она не упала. Все, чтобы не слышать еле слышный вопрос:

— Почему ты плачешь, Назар?

Мне едва хватает сил удержать себя в руках и не поддаться искушению вцепиться Жанне в волосы и вышвырнуть из своего кабинета. Сучка, вошедшая и продефилировавшая к креслу с улыбкой голливудской звезды, думает, что добилась своего, а я ничего не смогу ей сделать. На удивление трезвая и, что совсем неудивительно, в костюме. Чтобы лишний раз продемонстрировать мне и парням то, чем закрутила меня в бараний рог. Наивная.

— Ты опоздала, – сухо констатирую просраный час и жестом отпускаю Кайфа, Боска и Гёте, пожав каждому руку на прощание.

Все трое уходят к отцу после того, как закончат последнее задание. Не самое сложное в плане физических усилий, но практически невыполнимое из-за схожего с моим желания свернуть шею, удерживающую одну блондинистую головушку. Жанна за неделю умудрилась выпить им всю кровь и вымотать нервы. Трижды устраивала истерики и орала про похищение, когда ее, пьяную в хлам, все же находили и выволакивали из клубов, куда она умудрялась слинять. Обрывала мне телефон, обещая парням долгую и мучительную смерть, и психовала – я не брал трубку и не спешил казнить и убивать. Мне было плевать на Жанну. Я выпнул бы ее без зазрений совести сразу же, если бы не одно «но» – до родов узнать кто является отцом ребенка не получилось бы без угрозы его жизни. И мне пришлось скрипеть зубами из-за собственной тупости – сейчас я не мог вспомнить предохранялся ли постоянно и тем более проверить принимала ли Жанна таблетки, как говорила.

— Раньше ты не был таким требовательным к моей пунктуальности, Назарчик, – бросив сумочку на стол, Жанна демонстративно оглаживает живот и дует губы. – Разве ты не знал, что во время беременности у девушек просыпаются маленькие причуды, а растущий живот не способствует быстрым сборам? Мне так не хватало твоего внимания все это время…

— Денег, Жанна. Не путай, – обрываю насквозь фальшивую речь и взглядом показываю, чтобы села.

— Ну и этого тоже. Знаешь сколько денег нужно, чтобы купить те же витамины? – она все же опускается в кресло, достает из кармана пачку и взвизгивает, когда Глок в одно мгновение оказывается рядом и вырывает сигареты и зажигалку. – Миша, блядь! Назар, скажи ему, чтобы не распускал руки в сторону матери твоего ребенка! – Жанна крайне старательно выделяет последние два слова и требовательно смотрит на меня, будто в этот раз что-то изменится и я осеку Глока.

— Моего или нет мы обязательно узнаем, а пока заткнись и внимательно слушай, – я достаю из ящика стола тонкую папку и кладу ее перед собой. – Сейчас ты едешь домой и собираешь вещи…

— Ой! Мы едем на отдых!?

— Ты едешь, – цежу, показывая один билет, и снова повторяю. – Ты. Едешь. Одна. Я все оплатил. И отдых, и витамины, и процедуры, – улыбка больше похожая на оскал поселяется у меня на лице и не собирается никуда исчезать. – Все, как ты любишь, и по системе «все включено».