Книга Связанные прошлым, страница 50 – Кора Рейли

Рокко все еще что-то подозревал. Он был слишком хитер, чтобы ничего не заподозрить. Он не присутствовал при пытках, поэтому не знал подробностей заговора. Возможно, он даже скрыл бы правду, как это было с Якопо, но я совершенно не собирался доверять ему еще один свой секрет.

Артуро знал, что ни Раффаэле, ни Антонио не упоминали, что Томмазо также был их мишенью, и поэтому пристально наблюдал за ними. До тех пор пока я позволял ему пытать и убивать, иногда даже посторонних, которые ему не нравились, он развлекался и не представлял угрозы. Рокко тоже не стал проводить расследование. У него было все, чего он желал.

Все вроде бы шло гладко, и все же я не мог отделаться от чувства тревоги.

— Помогите! Помогите!

Рокко замолчал. Я вскочил, не раздумывая, выхватил пистолет и выбежал из кабинета. Рокко и Джованни последовали за мной.

Как только я увидел Валентину, держащуюся за живот, меня охватил настоящий страх. Я бросился к ней, отбрасывая пистолет.

— Валентина? Что происходит?

— Ничего. Я не хотела мешать вашей встрече.

Колебания Валентины выдавали ее ложь. Я поддержал ее и заметил, что ее брюки намокли. Ребенок.

Валентина могла потерять этого ребенка еще до того, как я сказал ей, как я рад ее беременности. Из-за меня. Из-за того, через что я заставил ее пройти.

Джованни поспешил к нам, на его лице отражалось беспокойство, которое грозило парализовать меня.

— Валентина?

— Нам нужно отвезти ее в больницу, – резко сказала Бибиана. Я поднял Валентину на руки.

— Твоя рубашка. Ты ее испачкаешь.

Как будто мне было на это не наплевать. Я усадил ее в машину и велел Энцо и Тафту ехать впереди, а сам помчался в сторону больницы.

Валентине было больно, и я ничего не мог с этим поделать, только как можно быстрее оказать ей помощь.

— Надо было положить полотенце на сиденье. Оно намокло, – сказала она.

Валентина была бледной и нахмуренной.

— Мне сейчас плевать на сиденье, машину и все остальное. Ты – это все, что имеет значение.

Мне нужно было прикоснуться к ней, почувствовать тепло ее кожи и убедить себя, что завтра она все еще будет рядом. Я сжал ее руку.

— Мы почти на месте. Тебе больно?

— Не так плохо, как раньше. Это твой ребенок, Данте. Я никогда не изменяла тебе и никогда не изменю.

— Так вот в чем причина?

Вэл посмотрела на меня.

— Ты думаешь, у меня отошли воды, потому что я была расстроена из-за тебя?

— Не знаю.

Я никогда не прощу себе, если Вэл потеряет нашего ребенка.

— Я чертов ублюдок, Вэл. Если ты потеряешь этого ребенка…

Вэл сжала мою руку, как будто это я нуждался в заверениях. Как только мы подъехали к больнице, врачи бросились к машине. Они нервно поглядывали на меня, прекрасно зная, кто я такой.

Я последовал за ними внутрь, но остался в коридоре, когда Валентину вкатили в процедурную. Она еще раз ободряюще улыбнулась мне. Как только она скрылась за дверью, я провел рукой по волосам и резко выдохнул.

— Черт.

Энцо поспешил ко мне.

— Мы будем следить за дверями.

Он сделал паузу, рассматривая меня. В его карих глазах появился намек на сострадание.

— С ней все в порядке?

— Врачи сейчас осматривают ее.

— Я уверен, что с ней и ребенком все будет в порядке.

Я коротко кивнул, не желая показывать, как сильно это меня беспокоит. Энцо кивнул и отвернулся. Я был рад остаться один, даже если это давало мне время для ненависти к себе. Вскоре Джованни и Ливия бежали ко мне по коридору. Мать Вэл не стесняясь плакала, и Джованни пришлось поддерживать ее, обняв за плечи. Когда они подошли ко мне, Ливия крепко обняла меня. Я коснулся ее спины. Джованни извиняюще улыбнулся мне.