Книга Связанные прошлым, страница 164 – Кора Рейли

Серафина покачала головой.

— Куда пойдут мои дети, туда пойду и я. Разве ты не думаешь, что я достаточно страдала за все твои грехи? Не превращайте меня в очередную пешку в вашей шахматной партии. Освободи меня.

Она снова повернулась ко мне.

— Позволь нам уйти. Ты подвел меня однажды, и теперь я потеряна для тебя. Но, пожалуйста, позволь мне привести моих детей в семью, которая будет их любить. Позвольте мне вернуть моих детей домой. Вы обязаны это сделать.

Я был обязан быть ее защитой в день ее свадьбы и спасти в случае необходимости, но не сделал этого для нее, поэтому чувствовал, что обязан сделать это сейчас.

— Если я позволю тебе уйти сегодня, ты станешь предательницей. Ты не будешь больше частью Синдиката. Ты станешь врагом. Ты больше не увидишь свою семью. Мира с Каморрой не будет. Эта война только началась.

— Эта война когда-нибудь закончится, дядя?

Я встретился взглядом с Ремо. Он ни о чем не жалел. Эта война между Каморрой и Синдикатом никогда не закончится, определенно не при моей жизни.

Я часто представлял, как освобожу Серафину, убив человека, который ее мучил. Это было моей мотивацией.

Все отошло на второй план: ошеломленное выражение лица Сэмюэля, страдания Пьетро, ярость Данило, когда я смотрел в глаза своей племянницы.

Речь шла о мести. Мести за нее. Мести, которой она не желала.

Я должен был освободить ее, не из-за нее, а из-за Вэл и моих детей, из-за Инес и Софии. Мы должны были отпустить ее, потому что Серафина была уже потеряна. Возможно, мы потеряли ее в тот момент, когда Ремо захватил ее в плен. Может быть, все месяцы надежд были напрасны. Серафина сделала свой выбор, и сегодня я должен был сделать свой.

Я не стал бы втягивать Синдикат в кровавую войну с Каморрой ради нее, не тогда, когда она выбрала жить с Ремо. Нино и его братья отомстили бы, если бы я убил Ремо. Я бы сделал это с радостью, если бы это послужило достижению цели, но это было невозможно. Серафина никогда бы не вернулась к нам, а ее дети все равно всегда были бы Фальконе.

Я бы защищал тех, кто хотел моей защиты, кто нуждался в ней больше, чем Серафина.

— Уходи, – холодно бросил я.

Данило дернулся, на его небритом лице промелькнул шок.

— Ты не можешь говорить это серьезно, Данте. Ты не можешь позволить им уйти.

Я понимал гнев Данило, его потребность в мести, но ни он, ни я не могли получить то, чего хотели, ни сегодня, ни, возможно, никогда.

— Освободи меня, – повторила Серафина.

— Уходи.

— Спасибо.

— Не благодари меня. Не за это.

Много лет назад я позволил отдать невинную девушку монстру, монстру, которого она не выбирала. Ария выжила. Серафина выбрала своего монстра, свою судьбу. Она больше не была в моей зоне ответственности. Многие в Синдикате были бы возмущены моим решением, но это был мой последний подарок племяннице.

Серафина и Ремо ушли.

Анна, Леонас и Вэл теперь были в большей безопасности.

В комнате повисло ощущение полного шока.

Данте

Как ты мог так поступить? – Данило рычал, его лицо исказилось презрительной гримасой.

— Ты оставил ее на милость чудовища. Ты не должен был ее отпускать, – согласился Сэмюэль.

Пьетро ничего не сказал, но лицо его выражало презрение.

— Она предпочла его нам. Она попросила меня позволения уйти.