Книга Связанные прошлым, страница 148 – Кора Рейли

Обмен никчемной девчонки на бывшего Консильери некоторые восприняли бы критически. Другие, кто дорожил своей семьей, отнеслись бы ко мне более благосклонно. Это не имело значения. Я принял решение. Я должен был спасти Серафину, ради нее и ради моей семьи.

Данте

Вэл испекла торт на одиннадцатилетие Анны и устроила небольшой праздник, который больше походил на похороны. Каждая улыбка была фальшивой, а смех – принужденным. Мы попробовали свои силы в притворном счастье. На вкус оно было ненастоящим, горьким. Анна задула одиннадцать свечей, ее глаза были плотно закрыты. Я знал о ее желании даже без ее слов. Она надеялась, что завтра все пройдет хорошо, что мы все вернемся с Серафиной. Это было и мое самое большое желание. От исхода обмена зависело многое, а главное – счастье моей семьи.

Сэмюэль смотрел в пространство, разрываясь между надеждой и беспокойством. Ремо согласился провести обмен завтра вечером. Данило, Пьетро и я выехали бы рано утром, чтобы отвезти Рокко в Лас-Вегас. Сантино и Артуро привезли его в Миннеаполис несколько часов назад.

Анна улыбалась, распаковывая баночки для рисования, которые Вэл купил для нее. После этого мы все ели торт, пытаясь поддерживать бессмысленный разговор, но преодолеть напряжение было невозможно.

Мне было жаль Анну. Она всегда любила праздновать свой день рождения, но сегодня ее особенный день был испорчен последствиями моего выбора. Я пообещал себе, что больше такого не повторится.

Мы все легли спать рано, но сон не шел. Ни для меня, ни для Вэл. Она прижалась ко мне в темноте, ее тело было напряжено от беспокойства.

— Я так боюсь, что это ловушка. Ехать в Вегас – это безумие, ты это знаешь. Ремо может планировать убить вас всех.

— Он может, но я сомневаюсь в этом. Он убьет нас позже, после того, как мы немного помучаемся.

— Помучаетесь?

— Под тяжестью нашей вины.

— Ты чувствуешь себя виноватым?

— Да. И увидев Серафину, мы все вспомним, как мы ее подвели. Пьетро, Сэмюэль, Данило и особенно я.

Вэл выдохнула.

— Я не смогу жить без тебя, Данте. Не позволяй гневу поглотить тебя завтра. Не рискуй ничем.

Мой гнев на Ремо был близок к неукротимому. Я хотел видеть его на коленях, молящим о пощаде. Пусть и не завтра, но этот день настанет.

Я поцеловал Вэл и просунул пальцы между ее гладкими бедрами, желая ощутить ее тепло, желая почувствовать себя живым. Я не хотел говорить, не хотел думать о том, что все может пойти не так.

Наш поцелуй был медленным, и мои пальцы тоже двигались неспешно. Я не был охвачен похотью. Я даже не хотел кончать сам. Мне нужно было только, чтобы Вэл было хорошо, нужно было потеряться в ее жаре и стонах.

Она раздвинула для меня ноги, и я слегка поглаживал ее, время от времени погружая в нее пальцы. Потребовалось много времени, чтобы она расслабилась, позволила себе плыть на волне удовольствия. Когда она наконец кончила, я закрыл глаза и прижался губами к ее шее в том месте, где бился пульс.

— Я люблю тебя, Вэл. Я буду защищать тебя и нашу семью до самой моей смерти.

— Не завтра, – вырвалось у нее.

— Не завтра, – пообещал я.

* * *

Сантино затащил Рокко в вертолет. Так мы проделали большую часть пути до Лас-Вегаса, только последнюю часть от аэропорта до места нашей встречи мы проехали на арендованной машине.