Книга Черно-белые чувства, страница 72 – Дарья Волкова

Черт! Зря уехал! Артем нарезал несколько кругов по кухне, тут было тесно, вышел в комнату. Достал телефон, написал:

Артем Артамонов: Как самочувствие?

Может спит? Уснула? Нет, ответила сразу:

Таисия Мельникова: Нормально.

«Нормально» — самый невнятный ответ, Артем это из своей врачебной практики давно уяснил.

Артем Артамонов: Дверь никому не открывай. Я завтра после прокуратуры за тобой заеду.

Таисия Мельникова: Хорошо.

Этот разговор успокоил, но не слишком. Спокойнее всего он бы себя чувствовал сейчас у Таисии дома. Но не предлагать же ей сейчас, чтобы он приехал? Он чертов параноик.

Спал Артем в ту ночь плохо, снилось что-то невнятное, какие-то люди, он куда-то спешил и все-таки опаздывал. Проснулся разбитый и с непонятной тревогой.

Самое то настроение, чтобы ехать в прокуратуру.

Пока закипал чайник, написал Тае:

Артем Артамонов: Как ты себя сегодня чувствуешь?

Таисия Мельникова: Гораздо лучше.

Ну да. Радикальные методы излечения простуды — попытка изнасилования и последующий мордобой.

Артем Артамонов: Тогда до встречи.

— Ну что, Артем Александрович, можете еще что-то новенькое сообщить?

Артем смотрел на человека, сидящего за заваленными бумагами столом. Артамонов никак не мог определиться, сколько лет этому черноволосому человеку с худым лицом и глубоко посаженными темными глазами. У него было такое лицо, что ему могло быть и двадцать пять, и тридцать пять, и даже сорок пять лет. Артем устал гадать. А еще — устал от этой неопределенности. Вы же прокуратура, черт возьми! Где конкретика?!

— Могу. Я вчера человека избил.

На невозмутимом лице мелькнуло удивление.

— Это имеет отношение к нашему вопросу?

— Не знаю. Я избил человека по фамилии Халяев. Вам лучше знать — имеет он отношение к нашему делу или нет.

Сидящий напротив человек смотрел на Артема долго, молча и пристально.

— Вы имеете в виду вице-губернатора? — спросил, наконец, осторожно.

— Его сына.

В темных глазах снова отчетливо промелькнуло удивление. Он качнул головой.

— И что — был повод?

— Халяев-младший пытался изнасиловать девушку. Это повод?

Прокурорский работник даже кашлянул. Поправил воротничок рубашки.

— Мне об этом ничего не известно, — а потом вдруг опустил взгляд. — Надеюсь, не повредили?

Артем тоже опустил взгляд. Оказывается, сотрудника прокуратуры интересовали его руки со сбитыми костяшками.

— Ну… Не особо. Да все равно.

— Не скажите, Артем Александрович. Про ваши талантливые руки я слышал много. Вам их беречь надо.

Теперь пришла очередь Артема кашлянуть. Вот чего он не ждал от визита в прокуратуру — так это разговора о своих руках.

— Какое это имеет значение, если вы меня все равно… из-за этого корпуса… — не договорил, махнул рукой.

Его снова разглядывали — долго, молча, внимательно.

— Я не буду называть вам статьи, по которым будет возбуждено уголовное дело. По простому это называется — преступная халатность. Со стороны руководства больницы. Но вы к этому не имеете никакого отношения.

— Что? — Артему показалось, что он ослышался.

— Если вы думали, что вам будет предъявлено обвинение — то вы думали так совершенно зря. Занимайтесь своим делом. Артем Александрович, и ни о чем не беспокойтесь. Однако ответы на свои вопросы я бы хотел получить. Но я так понимаю, вы их сегодня не готовы давать?