Книга Десятый стежок, страница 71 – Джейн Джонсон

Следующий мужчина был старше возрастом, его морские походы были давно позади. Кэт узнала его – это был Томас Эллис. От артрита все его суставы отекли, а годы согнули почти вдвое.

В кармане у него нашелся серебряный трехпенсовик, который тут же вытащили и забрали, да пожелтевшая костяная расческа. Раис осмотрел его ладони, они были все в грубых мозолях, и это подтверждало, что человек трудился на тяжелой работе и не был сынком богатого папаши. Раис повернулся к писцу, и они некоторое время что-то оживленно обсуждали; потом пират позвал одного из своих людей, сделал резкий жест рукой и ткнул пальцем в старого рыбака. Не говоря ни слова, матрос отволок Тома Эллиса к борту и бесцеремонно швырнул в воду. Раздался всплеск, потом стало тихо.

— Ты, варвар! – начал было проповедник. Он смотрел в открытое море, совершенно пустое. Они уже были далеко от земли. Даже молодой и сильный мужчина не имел шансов доплыть отсюда до берега. – Господи Иисусе Христе, спаси его душу!

Раис пожал плечами:

— У нас мало провизия. Не могу кормить бесполезный человек, за который не будет выкуп и на рынок не выставить. Если твой Иисус заботится о его душа, пусть сделает чудо. – Он бесстрастно выдерживал яростный взгляд проповедника. – Это римляне первые назвали мой народ «варвари», «некультурный», только они сам были невежды, и такие же все, кто повторять за ними этот слово. Мои люди называть себя «имазиген»^[25], это значит – «свободный человек». Мы – берберы, мы гордый народ. У себя дома, в горах, я говорю на язык моего народа, с мой компаньон в касба^[26] я говорю на испанский язык, с корсар – по-арабски, в разных портах – на лингва франка^[27]; еще я немного знаю английский и мало-мало голландский. Я прочел весь Коран и еще – из любопытства – немного читал ваша Библия. В мое собрание книг есть «Путешествия» Ибн Баттуты, стихи Мавлана Руми, «Мукаддима» Ибн Хальдуна и сочинения Аль-Балазури. Я прочитал их все. А теперь скажи, кто варвар?

— Захватывать в плен невинных людей – детей и женщин, – увозить их из дому и продавать в рабство на невольничьих рынках есть акт варварства!

Корсар чуть приподнял бровь:

— Тогда все великий народы мира тоже варвар – испанцы, французы, португальцы, сицилийцы, венецианцы. Я целый год греб веслом на венецианский галера, на мой спина много шрам. Англичане тоже – ваш большой герой Фрэнсис Дрейк и Джон Хокинс тоже варвар, они хуже, чем корсары из Сла, как неграмотный зовет Сале, потому что он брал пленный только для личный выгода, а их грузы просто презирал и топил.

— А ты нет?

— Я – аль-гозат^[28], воин Пророка. Мои люди и я ведем джихад – священная война – на море и на суша против наши враги, берем плен много неверных и продаем на наши рынки. Деньги от эта торговля мы тратить на благополучие наш народ и во славу Аллах. Всевышний радоваться, когда богатства неверных возвращается к Аллах.

— Ты не только варвар, ты еще и еретик! – У проповедника яростно сверкали глаза. Борода развевалась на ветру. Он прямо как пророк из Ветхого Завета, подумала Кэт, как Моисей, призывающий мор и глад на землю Египетскую.

Аль-Андалуси вскочил на ноги, опрокинув свой курительный прибор, так что вода потекла по палубе.

— Не смей говорить мне это слово! Испанцы назвали мой отец еретик. Инквизиция переломал ему все кости на свой проклятый дыба, но не сломал его дух! – Он обернулся к своим матросам и крикнул им что-то. Те бросились исполнять его приказ. И почти тотчас вернулись. Один нес железный прут со сплющенным концом, двое других – небольшую жаровню.