Книга Десятый стежок, страница 221 – Джейн Джонсон

— Идрис сказал, что месяц.

— Он пометил тебя как свою собственность, этот твой Идрис! – насмешливо заметила Элисон.

— Ничего подобного! Просто такая традиция: женщины украшают себя татуировками хной, это своего рода форма защиты от дурного глаза! – горячо возразила я, после чего мы обе замолчали.

Я вернулась из Марокко две недели назад, и все эти дни прошли в бурной деятельности. Меня уже ждали целых три предложения купить мою квартиру, а также новый, потенциально весьма прибыльный заказ. Быстрота и одновременность событий меня слегка удивили: создавалось впечатление, что сама судьба подталкивает меня в очень конкретном направлении. И еще я много времени проводила с Анной. Мы вместе посетили ее приятельницу в отделе публикаций Музея Виктории и Альберта. Та оказалась элегантной и приятной в общении женщиной около шестидесяти лет и, в свою очередь, организовала для нас встречу с каким-то типом из редакции справочника «Английский текстиль». Видеть их искреннее восхищение работами Кэт, слышать их удивленные охи и ахи по поводу набросков, которые она сделала на полях «Гордости рукодельницы», уже было для меня наградой. Специалисты, конечно же, осведомились, можно ли им заполучить «Гордость рукодельницы», чтобы выставить в экспозиции вместе с напрестольной пеленой, и я честно призналась, что еще не решила, как поступить с этой книгой. У них сразу сделались унылые лица, но вскоре мы уже обсуждали, как изготовить наиболее точные факсимильные копии и, может быть, все же заполучить книгу взаймы хотя бы на короткое время. После чего мы расстались, все в самом радужном настроении. Анна попросту сияла, о чем я не преминула ей сообщить.

— Я просто счастлива, что могу это сделать для моей семьи и, наверное, для потомства тоже, если это звучит не слишком напыщенно.

Я постаралась ее убедить, что вовсе не напыщенно.

— И вообще, слава богу, меня наконец перестало тошнить, я уже миновала самую опасную стадию беременности, и УЗИ показывает, что все в порядке…

— Мальчик или девочка?

— Я не спрашивала. Лучше не искушать судьбу. Я учусь воспринимать жизнь такой, какая она есть.

Я улыбнулась. Анна явно менялась. Все мы менялись…

— Ну, ты готова? – спросила Элисон, прерывая мои мысли.

— Я всегда готова. – Подобрав небольшой плоский камень, я пустила его по воде в сторону острова Сент-Климентс. Он шесть раз коснулся поверхности, оставив шесть кругов, потом зарылся в волну.

— Черт! – выругалась я. – Я же хотела семь!

— Шесть – это золото. – Элисон засмеялась. – Не думаю, что это плохой результат.

— Это что, из детского стишка?

— Ага. Мы раньше часто его вспоминали. Хотя есть и другой вариант. Эндрю его вечно повторял. Он у своих шотландских родственников почерпнул. – И процитировала: – «Один – это горе, два – это радость, три – это свадьба, четыре – рождение, пять – это рай, шесть – это ад, семь – сам дьявол…» Бог ты мой!

— Так, отлично. Ад! – Я была несколько подавлена. – Наверное, это все же не самая лучшая идея.

— Ну, тебе ведь не обязательно это делать, – твердо сказала Элисон. – Я туда больше ни ногой. Эти письма меня совершенно выбили из колеи. Сама уверена, что тебе этого хочется?

— Это нужно сделать. Я… в некотором роде чувствую ответственность, хотя понимаю, что это, наверное, звучит глупо.