Книга Черная роза, страница 96 – Диана Крымская

— Пять с половиной назад, ваше величество. Турнир в Сен-Клу, — сказал Очо, открыв один глаз.

— Да, действительно… — прошептала королева, неожиданно помрачнев. И, повернувшись снова к Раулю, сказала, опять по-французски: — Он говорит, что не помнит, когда это было, дорогой герцог.

«Значит, Рауль не знает испанского,» — подумала Дом.

Тут неожиданно юный король сказал матери:

— Мадам, если аудиенция закончилась, вы разрешите привезти сюда моего рыцаря? Я хочу потренироваться!

— Конечно, Луи, — с ласковой улыбкой сказала Бланш. — Но пусть освободят вам место, чтобы вы никого случайно не ранили, как в прошлый раз.

— Я буду очень осторожен, мадам! — И мальчик, соскочив с трона, крикнул:

— Привезите моего рыцаря! Прошу вас, господа, отойдите все подальше!

Дамы и кавалеры задвигались, и скоро на середине залы образовалось широкое пространство, куда двое слуг в латах и шлемах вкатили чучело рыцаря в полном боевом вооружении и доспехах. Это чучело невольно напомнило Доминик ее рыцаря в Руссильонском замке. С двух сторон к чучелу были прикреплены цепочки, позволявшие его раскачивать. Слуги, опустившись на колени и низко пригнувшись, принялись тянуть цепочки, а Людовик, вытащив из ножен у себя на поясе кинжал и отойдя шагов на десять, начал бросать его в рыцаря, стараясь попасть в ярко-красный круг на его груди. Это было довольно сложно, даже если бы чучело стояло неподвижно; но, когда оно раскачивалось из стороны в сторону, ловкость и меткость были нужны очень большие.

Мальчик очень старался, он метал кинжал, даже высунув язык, что насмешило Доминик, — это было совсем не по-королевски!

Придворные, почтительно замерев, наблюдали за игрой юного монарха. Рауль и королева, улыбаясь, тоже смотрели на Людовика.

Этикет был несколько нарушен; и имени вошедшей в залу девушки в темно-коричневом платье с книгой в руках сенешаль не объявил. Однако, едва Рауль увидел эту молодую даму, он тотчас поспешил к ней и, нежно взяв под руку, подвел к королеве. Девушка присела в низком реверансе.

— Ах, милое дитя мое, как мы рады, что вы пришли, — проворковала Бланш. — Сядьте возле нас, прелестная герцогиня.

«Герцогиня!.. И как с ней нежен Рауль! Боже, кто это?» — страшное подозрение шевельнулось в душе Доминик. — «А вдруг это… это — его жена?»

Обернувшись к своей соседке, баронессе Мадлен де Гризи, девушка, не выдержав неизвестности, обратилась к ней:

— Скажите мне, мадемуазель, кто эта девушка, которую подвел к ее величеству герцог де Ноайль?

— Это сестра герцога, Розамонда де Ноайль, — отвечала тихим голоском Мадлен.

Камень скатился с плеч Доминик. Его сестра! Розамонда… Розамонда? Что-то смутно знакомое было в этом имени. Где Дом его слышала? Когда-то, давным-давно.

Ну конечно! Когда она подслушивала разговор Черной Розы и де Брие, в замке отца.

Они говорили тогда о Мари-Флоранс… И Анри де Брие сказал тогда: «… Моя Розамонда тоже набожна и тиха.» Не сестру ли Рауля он имел в виду?

И Мадлен де Гризи, словно отвечая на мысли Доминик, добавила:

— Несчастная герцогиня до сих пор не может оправиться от своей утраты. Её жених, граф де Брие, исчез несколько лет назад, во время войны в Лангедоке. Считают, что он погиб. Бедняжка хотела удалиться в монастырь… но брат запретил ей это. Он обожает свою сестру!