Онлайн книга «Черная роза»
|
— Мы можем применить оружие? — Да. Мессир Лавуа дернул себя за седой ус и промолвил. — В таком случае, монсеньор, я бы хотел взглянуть на лица преступников. Ведь должен же я знать, как они выглядят, если они попробуют совершить побег. Рауль закусил губу. Об этом он не подумал. Но показать лица Робера коменданту он не мог, — Лавуа знал де Немюра. — Мужчину мы закуем в кандалы. Вряд ли он сможет освободиться, господин комендант. Так что излишне показывать вам его лицо. А что касается женщины… Мадам, снимите капюшон. Доминик откинула капюшон и посмотрела на мессира Лавуа. Говорить она не могла. Но постаралась вложить в свой взгляд самую горячую мольбу о помощи и участии. Комендант крякнул и снова потянул себя за ус. Кое-что ему стало понятно. Вот почему герцогу де Ноайлю понадобилась комната с кроватью! Туда, конечно, поместят эту девушку. Монашка она или нет? Скорее всего, нет. Настоящая красавица! Какая она, к черту, преступница? Похоже, этот герцог просто хочет развлечься с ней в Шиноне. А она, бедняжка, судя по всему, привезена сюда силой и явно не хочет уступать домогательствам де Ноайля. Интересно, а кто этот мужчина? Почему его так закутали? Не иначе, Лавуа его знает, иначе к чему такая секретность? Ох, как все это все меньше и меньше нравилось коменданту! Конечно, он исполнительный и никогда не нарушавший свой воинский долг солдат. И приказ королевы — закон для него. Но этот герцог де Ноайль, скорее, сам похож на преступника. И у людей его зверские физиономии. Но что можно сделать в такой щекотливой ситуации? Ее величество наделила герцога неограниченными полномочиями, приказ ее вполне ясен и четок. И Лавуа велел своим солдатам выполнять все распоряжения де Ноайля. Спящего Робера отнесли в подземелье и, надев ему на ноги тяжелые кандалы, на цепях подвесили его за руки к потолочной балке. А Доминик отвели в комнату без окон, из двери которой спешно была удалена внутренняя задвижка, чтобы пленница не могла закрыться изнутри. В комнате, которая, вероятно, принадлежала раньше женщине, находились туалетный столик с зеркалом, два стула и большая кровать в глубоком алькове. Дверь за Дом захлопнулась, и молодая женщина услышала скрежет поворачивающегося снаружи ключа. Звук этот показался ей нестерпимо зловещим. Что будет с нею — и с Робером? Долгая почти безостановочная скачка, две бессонные ночи в жалких лачугах вилланов — в харчевнях Рауль предпочитал не ночевать, — голод, потому что есть приходилось на ходу, и это была грубая крестьянская пища, — все это, хоть и терзало измученное тело молодой женщины, но не шло ни в какое сравнение с душевными страданиями. Рядом с альковом висело на стене большое распятие. Доминик опустилась перед ним на колени и, не без труда вспоминая слова, вознесла молитву Господу с просьбой защитить ее и ее мужа… …Де Немюр проснулся оттого, что на него лили ледяную воду. С трудом разлепив веки и приоткрыв глаза, он увидел, что висит в одних штанах на закованных в цепи руках в освещенном тусклым светом факелов подземелье. И это подземелье ему было знакомо. Слишком знакомо. Шинон. Но как он сюда попал? Нет… Это сон… Ему все это снится. Де Немюр хотел опять закрыть глаза и заснуть. Но ему это не удалось. Откуда-то сбоку возник человек в черном — и ударил Робера по лицу. И тут де Немюр проснулся окончательно. Потому что и пощечина, и бивший человек явно не были плодом сновидения. И, тем более, не мог быть сном раздавшийся следом голос: |