Книга Черная роза, страница 222 – Диана Крымская

— Почему вы обвиняете Рауля в этом преступлении? Где доказательства, что убийц нанял именно он?

— Потому что он ненавидел Черную Розу. Доказательство было — одного из тех разбойников схватили, и он признался, что подрядившего его и его приятелей на это дело человека величали монсеньором. Правда, мерзавец по дороге в Париж покончил с собой. — Да, разбойника не довезли до столицы, где Робер хотел сам допросить его. Не доглядели Франсуа и Гастон. Злодей ночью повесился в одной из придорожных гостиниц. — Если все, что вы сказали сейчас, правда, и наемник признался во всем не под пыткой, то все равно это лишь доказывает, что наниматель убийц де Брие и пажей носил герцогский титул, не более. Герцогов во Франции много…» В том числе и вы, ваша светлость», — чуть не добавила Доминик. — Герцог де Ноайль — единственный, кому была выгодна смерть Черной Розы. Он всегда ненавидел его. И хотел и позже убить своего врага. В бою под Тулузой герцог Черная Роза едва не погиб, — на него напали сзади и тяжело ранили. И это тоже были люди де Ноайля.

Все-таки де Немюр сумасшедший! Точно сумасшедший! Рауль нанимает людей — чтобы убить своего лучшего друга, своих собственных пажей… и самого себя, потому что ВСЕГДА СЕБЯ НЕНАВИДЕЛ?

Она вскочила так резко, что шахматная доска упала на пол. Фигурки из слоновой кости полетели в разные стороны.

— Вы ненормальный, господин Оннет!.. Вы несете чушь!

Он тоже поднялся.

— Постойте, графиня, — сказал он удивленно. — Я понимаю, что вы мне не верите. Но я говорю правду.

— Правду? Да это же просто бред!.. Наверное, ваша рана дает о себе знать! Вам надо лечь в постель — и немедленно! — И Доминик, пылая гневом, выскочила из библиотеки. Он растерянно смотрел ей вслед.

…Доминик плохо спала этой ночью. Она вернулась к себе после так и незаконченной партии в шахматы в расстроенных чувствах. Она только начала верить де Немюру… Только оправдала его в тех преступлениях, в которых его обвиняли… И вот — пожалуйста! Он пытается оговорить Рауля. Несет полный бред. Утверждает, что Черная Роза — не Рауль! Да откуда он это взял? И ведь столько знает… Как будто сам был в тот день в Руссильоне.

Рауль — не Черная Роза!.. Больше всего девушку возмущало это. Чтоб у де Немюра отсох его гнусный язык, — сказать ей такое! Рауль, ее любимый, ее верный, ее бесстрашный Рауль! Ее жених… нет, ее муж! Уже больше четырех лет ее законный супруг!

…А де Немюр — ненормальный. У него припадки… Закрыла ли она изнутри дверь? Так и есть — засов не задвинут! Вдруг у герцога опять будет приступ, и он ворвется к ней, как тогда — к королеве? — Доминик бросилась к двери и быстро задвинула засов. — Он, конечно, вчера был ранен. Но ведь сегодня уже ходит по замку как ни в чем не бывало! Он такой сильный и высокий! Она и с раненым с ним не справится! Ей надо спасаться от этого человека… Бежать из его замка, пока не поздно!

На другое утро Дом вскочила ни свет ни заря. Она умылась и отворила дверь в свою комнату, чтобы выйти. Похоже, де Немюр уже тоже проснулся, — дверь в его комнату была приоткрыта, из-за нее доносились довольно громкие голоса.

— Идите к черту, Леклер! — услышала девушка недовольный голос де Немюра.

— Монсеньор… Вы ведете себя неосмотрительно! Еще раз повторяю — вам надо лежать. Мне не нравится ваша рана. А вы вчера почти весь день пробыли на ногах.