Книга Рыцарь-ворон, страница 69 – Диана Крымская

И когда, в один прекрасный день, молодой граф де Турнель сказал другу, что хочет расплаты, что все эти годы он мечтает найти барона Фэрфакса и отомстить за мать и сестер, за свой замок, – Филипп всецело поддержал его. «Мы отправимся в Англию вместе, – сказал он, – и вместе отомстим твоему злейшему врагу!»

И вот – с большим отрядом они высадились на английской земле и поскакали на север, туда, где находился замок Фэрфакс...

Антуан вспомнил тот лес и ту поляну, где их отряд столкнулся с отрядом Родерика Карлайла. Завязалась схватка. Саксы сопротивлялись так отчаянно, хоть их и было меньше, и они были окружены со всех сторон, что это не могло не вызвать в де Турнеле восхищение. Он приказал своим воинам опустить оружие, выехал вперед и предложил мир. Тогда-то он и узнал, что во главе саксов стоит Родерик Эштон, наследник Карлайла. Родерик ответил на предложение отказом, он хотел драться до конца, хотя Антуан и заметил, что он ранен.

Хоть это было и не в его правилах, тем более когда речь шла о ненавистных саксах, но в этот раз Антуан повторно предложил разойтись с миром. И, наконец, Родерик согласился.

Они спрыгнули с коней и обменялись рукопожатием. Затем де Турнель отсалютовал противникам мечом и велел своему отряду двигаться дальше. Но, не проехали они и полулье, как откуда-то прилетела стрела и вонзилась ехавшему без шлема Антуану прямо в голову. Его спасло то, что в этот момент он проезжал под деревом и наклонился под низко росшей веткой. Но он почти лишился чувств и упал бы с лошади, не поддержи его Филипп.

— Саксонская стрела! Эти лживые псы обманули нас! – вскричал друг. – Мы вернемся и покончим с ними!

— Нет, – слабым голосом отвечал Антуан, – не смей, Филипп. Я пожал руку Родерику Эштону в знак того, что обещаю ему и его людям неприкосновенность... Я не могу нарушить слово.

— Ты его и не нарушишь! – возразил сын герцога. – Я-то ведь никаких клятв не давал! К тому же, посмотри, они сами нарушили ваш договор! Эй, возвращаемся! Добьем саксонских собак!

— Нет, Филипп, нет... Ты не сделаешь этого... Обещай мне...

— Хорошо, Антуан. Даю слово чести, что Родерик Эштон останется жив.

— И все его люди тоже... – Но боль в голове стала невыносимой, и Антуан потерял сознание.

Для него соорудили из веток что-то вроде носилок. Он ничего не помнил о пути из леса до Фэрфакса; он то приходил в себя, то снова погружался в беспамятство.

И совсем очнулся только в захваченном замке, – лекарь, которого привели к нему, оказался настолько хорош, что за несколько часов поставил его на ноги. Рана на голове была неглубока, но причиняла очень сильную боль; однако лекарь снял ее каким-то своим чудодейственным отваром.

Тогда-то де Турнель и узнал, что захват Фэрфакса оказался так прост потому, что какой-то предатель показал потайной ход в замок. Филипп хвастливо объявил об этом, он был горд своей быстрой победой.

— А что с отрядом Родерика Эштона? – спросил его Антуан.

Филипп поморщился:

— Ничего.

— Филипп! – настаивал Антуан.

— Я обещал не трогать этого Эштона, и я его не тронул. Ты отдыхай. Теперь ты отомщен, радуйся этому. Вот, выпей этого отличного вина, я тебе из баронских погребов целый кувшин принес.

Антуану не понравилось, как друг ответил ему. Когда Филипп вышел, он позвал одного из своих людей – и узнал, что весь отряд саксов в лесу был уничтожен по приказу сына герцога, и предводитель тоже погиб.